Портрет девушки в черном цвете

Кира вдруг поняла, что уже темнеет и становится холодно. “Точно заболею!” Она закуталась в шаль и отправилась к дому. Вернувшись в комнату, девушка аккуратно сняла раритетное платье, а потом усталость и эмоции дня взяли верх, и она провалилась в сон. Необыкновенный сон.

Она проснулась поздним утром разнеженная и удивленная. Наверно, нужно было уже спускаться на завтрак. Вполне возможно, она задерживает Генриха. Но думать об этом не хотелось. “Пускай, я легкомысленная, ветреная девушка! Пускай мне снятся такие сны! Но я имею право просто отдохнуть! Даже ведьмам нужен отдых! Я хочу отдохнуть!”

В дверь деликатно постучали, и девушка горько вздохнула.

Возвращались из Дрездена уже в темноте. Кира сонно склонила голову на грудь Генриху. Как странно! Жизнь изменилась невероятным, невозможным образом. И продолжала меняться каждый день. Удивительно, казалось, каждый день она проживала новую жизнь, совершенно непохожую на предыдущую. Все менялось, словно по взмаху волшебной палочки. Но у кого в руках эта палочка? Может быть, у Генриха?

День прошел великолепно.

Просто сказочно. Мужчина крепче приобнял ее, и Кира заулыбалась. Скоро, скоро они уже приедут. В зеркале заднего вида она заметила свет другой машины. Генрих вдруг напрягся и освободил руку. Кира с недоумением оглянулась. Машина сзади не приближалась, но и не отставала.

– Давно они за нами, Яра?

– Podobu pěti minut.[5]

То, что Ярослав и не пытался говорить по-русски, заставило девушку вздрогнуть. Впереди вдруг показались огни другой машины.

Она стояла на обочине, но фары горели ярко, как во время движения.

– Тормози!

Машина вильнула и остановилась. Генрих распахнул дверцу и буквально вытолкнул Киру наружу. В руках у него уже был пистолет. Ярослав тоже выскочил из машины и метнулся в другую сторону. Барон взмахнул рукой с оружием:

– В лес.

В свете фар она успела заметить, как из стоящей машины тоже выскакивают темные фигуры. Они с бароном успели сделать несколько шагов и были уже среди деревьев, когда вновь раздался сухой треск.

Теперь Кира знала, что так звучат выстрелы из автоматов. Казалось, еще шаг или два, и они будут спасены, укроются. Но в этот момент Генрих споткнулся, остановился и навалился всей тяжестью тела на девушку. Кира не смогла его удержать, и они оба рухнули на землю. Звуки перестрелки стихли, и на несколько мгновений наступила оглушительная тишина. Свет фар на дороге погас. В этой тишине она слышала только хриплое дыхание Генриха и стрекот насекомых в траве.