Навь

И вырулив с обочины, их "Жигуль" неторопливо поехал в сторону города.

- Вот. Ларис, я ж говорю... - вновь непонятно усмехнулся гость. - И вдруг, словно стартуя в скоростном заезде, неуловимо перекинул рычаг скоростей на третью передачу, едва стукнув по педали, и рванул старенькую пятерку с места. С визгом резины, с пробуксовкой, и черными смоляными полосами на мокром от росы асфальте. На пятую передачу выскочил мигом. Машина, свистя худыми уплотнителями, неслась за пределами своей крейсерской скорости. В сложный, крутой поворот вошла, почти не притормаживая.

Гонщик невозмутимо подправил руль, перескочил на пониженную и выдернул теряющую сцепление с дорогой пятерку в сантиметре от каменистой обочины.

"Кричать, отбирать руль?" - В такой ситуации рискнуть сделать это мог лишь заведомый самоубийца. Антон, вмиг покрывшись холодным потом, сидел рядом с сумасшедшим гонщиком, механически повторяя слова молитвы. Увы, похоже на этот вид нечисти она, если и действовала, то не сразу, поскольку ничего в манере езды Авдея не изменилось.

- Пустое, - разобрал хозяин прозвучавший из-за спины голос рыжеголовой пассажирки. - Пока не наиграется, не успокоится. Потерпи чуток. Скоро ему самому надоест.

Голос был спокойным и безмятежным, даже скучающим.

- Скажи хоть ты ему, - обернулся владелец машины к Лариске. - Ведь, не игра.

- А что? - она усмехнулась. - Вся жизнь игра, а люди в ней актеры.

"Еще одна сумасшедшая, - уже запаниковал Антон. - Шекспир в изложении крысы, это уже диагноз".

И тут, почти на грани истерического смеха, он вдруг вспомнил сказанное ночью.

- Авдей, а закон? - громко произнес он в самое ухо гонщику. - Слушать меня кто должен? А ну, стой. - Приказал он.

И едва не вынес головой лобовое стекло. Авто, визжа заблокированными колесами, вильнуло и, дымя резиной, замерло посреди трассы. Спасло отсутствие машин позади.

Авдей невозмутимо глянул на соседа: - Ась?

- Вылезай, так-перетак, - рявкнул Антон, трясущейся рукой открывая дверцу.

Занял нагретое кресло и кое-как убрал машину к обочине.

- Ты что? - Уставился он на безмятежного пассажира. - Убить решил?

- Да ладно, чего ты так? - искренне удивился тот. - Чего такого?

Лариска зевнула и подвинулась к вцепившемуся в руль Антону: - Вспомнил, молодец. Тебя ведь предупреждали. Мы же не люди, с нами осторожно надо. Чего ж пустил, незнамо кого?

- Я ж не знал...