Ключ

А следующим в очереди в нашем списке дел стоит зомбирование этих бедолаг, посредством Катиного дара. И для того чтобы ей было легче внушать совершенно иную версию произошедших событий, у нас приготовлено еще по укольчику. Как же меня достали эти шприцы. Содержимое этих шприцов носит совершенно безумное название на латыни, не возьмусь его выговорить, чаще всего используется в различных психиатрических лечебницах в качестве транквилизатора для буйных пациентов, одной из особенностей этого состава является подавление воли человека, следовательно, снижение уровня природной защиты разума от внушения.

Вот тут-то Катин дар расцветает во всей красе. Беззащитный разум поверит во все что она в него вложит, в любой бред, а все недостатки сгладит воображение человека, то чего не будет хватать, мозг додумает и дорисует сам. Удивительный факт, но имеющий место быть. Главный обманщик — это наш собственный мозг, порой он настолько изменяет наши воспоминания и подменяет детали что в итоге от оригинала едва ли остается десятая часть.

В самый разгар нашего увлекательного занятия к нам присоединилась Лиз, ее задача подтереть все следы нашего здесь пребывания, удалить записи камер видеонаблюдения и смонтировать новые. А все из-за последнего охранника, который удосужился испохабить нам отличный план.

- О! Санек, а ты чего еще не переоделся. – Веселясь воскликнула Лиз, и принялась нарезать вокруг меня круги рассматривая со всех сторон. – Ты меня давай не пугай. Я понимаю, что времена сейчас такие, но ты ж всегда по девочкам был.

– Продолжала веселится девушка.

Совсем забылся, со всей этой чехардой что здесь творилась я забыл снять весь этот маскарад что на мне был. Иллюзию с себя снял, а вот платье и все эти подкладки все еще были на мне.

- Просто. Заткнись. – Ответил я этой веселящейся особе и устало потер глаза. – Шмотки мои принесла?

- Да не дуйся ты, тебе даже идет. – Улыбалась Лиз. – Вот держи одежку, душ где-то прямо по коридору точно по плану не помню, ну думаю не маленький, найдёшь.

А я пока делом займусь, ты давай ополоснись, потом перекусим, нам еще с тобой записи монтировать пока Катя с Тимуром будут Мироновым с его охраной заниматься. – Лиз тяжело вздохнула. – Вот скажи мне, почему мы не могли провернуть тоже самое с Бензом и заставить его под химией добровольно переписать все на Вяземского, а?

- Потому что он должен осознать свой проигрыш, он должен страдать, таково желание заказчика.