Изгнанники Данцига

Он называл своих подруг, а я… знаешь, я назвала тебя.

– Мне… очень хочется тебя поцеловать. – с трудом произнёс Евгений. – Можно мне это сделать?

– Нет.

– А если да?

– Я буду сопротивляться.

– Ты бы хотела, чтобы я ударил тебя по щеке?

– Это интереснее, чем поцелуи.

– Чтобы я целовал твои ноги?

– Уже есть кому.

– А ты мои? – кадык Евгения совершал путешествия по длинной шее от подбородка к воротнику и обратно.

– Так уже лучше. – ответила Чайка и улыбнулась.

«Она улыбнулась. – лихорадочно подумал Евгений.

– Улыбнулась!»

– Чтобы ты разделась, а я пометил тебя своей бритвой. Пара-тройка порезов. На внутренней стороне бёдер.

– Звучит… интересно.

– Чтобы я душил тебя?

– Пожалуйста, хватит.

– Ты бы хотела, чтобы я тебя убил?

– Наверное. – задумалась Чайка. – Да. Мне не очень нравится моя жизнь.

– Ты – человек страсть.

– Не надо так говорить, пожалуйста. Ты заставляешь меня смущаться.

– Я пойду и не на такое, чтобы заняться с тобой любовью.

– Ты весь побледнел. Ты скверно выглядишь. – ответила Чайка.

– Нет… правда скверно. Тебя били? Ты похож на…

– На мертвеца, которого забили до смерти и похоронили, потом выкопали из-под земли, трахнули всем городом и закопали снова?

– Нет. Ты похож на человека, которому следует меньше пить.

– Я пью всю неделю без перерыва. Ровно с тех пор, как ты исчезла и попросила не писать тебе писем. Позавчера я так напился, что чуть не умер, и вчера я напился так же. Сегодня днём я пропил свои сапоги. Я заложил их ломбарде, который принадлежал одному гнильцу в Погорелых кварталах, получил за них два серебряных талера и тут же их пропил.

Я выпил три кружки улётного варева, бутылку яблочной настойки из Алого Сада и две кружи вина из Белого Города Хель, а потом всё это выблевал где-то в порту, где искал алхимические наркотики. После этого я вернулся в кабак, где продолжил нажираться с друзьями, и подговорил посетителей устроить погром в районе гнильцов, чтобы вернуть свои сапоги из ломбарда. Моё безумное предложение было встречено с невероятным энтузиазмом…

– Как неожиданно.

Впрочем, нет, от тебя я ждала чего-то подобного. Ты даже не представляешь, как неудачно выбрал момент и как сильно спутал всем карты.

– Очень сильно?

– Если честно, совсем несильно. Война ударила по нашей торговле, и стало не хватать денег на бедняков. Из-за растущего недовольства потребовалось разделить расы и районы города, чтобы избежать самого худшего.

– И чего же? – спросил Евгений.