Штрих в четвертом такте.

– Это доброе пространство – ты же сама так сказала.

- Но как мы сюда попали?!

- Мне кажется, это просто награда.

- Награда? Кому и за что?

- Тебе, дорогая Лара. Ведь именно с тебя началась вся эта история. Ты увидела картину, захотела защитить ее, спрятать ее от жадных глаз. Потом решила помочь подругам, спасти театр и музей.

- И в награду Мироздание решило подарить мне маленькие каникулы - усмехнулась я, осознав внезапно, что бояться, все-таки, нечего. Провалилась же я в Алискином театре в какую-то межпространственную дыру и угодила прямо в гости к волшебному художнику.

А потом, как ни в чем не бывало, вернулась домой.

Но, несмотря на успокаивающие мысли, выбираться из теплых объятий Леонардо мне отчего-то не захотелось.

- Ну, раз так, давай погуляем по берегу - улыбнулась я.

И мы пошли, причем рука Лео всю дорогу лежала на моем плече. Из-под ног стайками разбегались маленькие сердитые крабы, первые лучи солнца уже играли на волнах, и от берега до горизонта легла золотая дорожка. Мы остановились возле погасшего чужого кострища.

Кто-то сложил полукругом большие валуны, и за этой стенкой чернел круг из углей и головешек.

- Здесь, наверное, жарят пойманную рыбу местные рыбаки - вслух сказала я, – Выходит, берег не такой уж пустынный.

И тут я снова вздрогнула от неожиданной мысли.

- Слушай, Леня, а где же наши друзья? Их тоже занесло в неведомые края? Или только нам выпала такая честь, а остальные сидят дома у Василисы и гадают, куда же мы пропали?

- Я думаю - таинственным голосом произнес Лео - что у доброго Мироздания нашелся подарок для каждого из нас.

Каждый попал в такое место, о котором он давно мечтал.

- Если так, то Боречка, наверняка, загремел в Древний Рим, - поежилась я. – Надеюсь, ничего плохого там с ним не случится.

- Не волнуйся! Наш знаток латыни найдет общий язык с любым из патрициев. К тому же с ним рядом будет Василиса, а она – разумная женщина.

- Ну, хорошо, если так. А куда же попали наши творческие личности?

- Сложно сказать. Не исключено, к примеру, что в театр Шекспира «Глобус».

Или на концерт лютневой музыки восемнадцатого века.

- Словно в старой сказке про Золушку - вздохнула я. – «Волшебная страна велика. Но мы здесь ненадолго. Человек может попасть сюда всего на девять минут, девять секунд и ни на один миг больше».

Лео снова обнял меня, как-то особенно посмотрел мне в глаза.

- Иногда и этого достаточно, чтобы почувствовать рядом родственную душу - странно дрогнувшим голосом произнес он.