Штрих в четвертом такте.

- Хм! Спой ему свою «Черепаху»… Или нет! Он у нас откуда? Из Голландии? Вот и спой ему АМСТЕРДАМ!!!

Юрка так и подпрыгнул на месте.

- Ты слушаешь Жака Бреля?

- Не я - Алиска. Она вообще обожает классику шансона. Настоящего, конечно, а не нынешнего, где один «Владимирский Централ». И любит Шарля Азнавура, Вертинского, ну, и Бреля этого.

Юноша радостно закивал:

- Я сразу понял, что твоя подруга – девушка неординарная - уважительно произнес он.

А мне показалось, что при этом в Юркиных глазах вспыхнул какой-то особенный огонек.

Но я не придала этому значения. Вникать в суть «письма римскому патрицию» я тоже не стала, доверившись судьбе и Боречке.

А когда наступил день рокового банкета, приготовилась ждать и волноваться. Всю операцию должны были провернуть Юрка с Алисой, а они, как известно, творческие личности. Мало ли какая импровизация взбредет им обоим в голову?! И не повредит ли это делу, а заодно и нашей «сладкой парочке»? Словом, нервы у меня были на пределе, ни есть, ни пить я не могла, а только без конца курила, и шепотом просила Мироздание о помощи…

Потом друзья во всех красках поведали мне подробности их приключения.

Алиса с Юрой заранее договорились, что в назначенный час она подойдет к задней двери ресторана. Юноша встретит ее и даст дальнейшие указания.

- Все готово. С официанткой из нашего заведения я договорился, она только обрадовалась неожиданному выходному. А костюмчик для тебя оставила в подсобке. Ну, пошли скорей. Ты почему вздрагиваешь? Боишься, что ли?

Алиса нервно повела плечами и поежилась на холодном ветру.

- Нет, не боюсь, только волнуюсь очень сильно - тихо сказала она. – Вдруг я что-то напутаю и всех подведу? Актриса-то из меня, честно говоря, никакая.

- У тебя все получится! – уверенно сказал юноша и взял ее за руку. – Вон ты как хорошо мне подыграла, когда мы с Ларой спасали тебя от злобных соседей. А если тебе вдруг станет совсем страшно, помни – я буду рядом!

Девушка благодарно улыбнулась, и оба заговорщика проскользнули в недра заведения.

Музыкант быстро провел незадачливую актрису по узкому коридору, где отовсюду слышался звон кастрюль, и доносились голоса поваров, и открыл незаметную дверь. Там среди швабр, каких-то тряпок и прочей ерунды стоял кофр с гитарой и стул, на котором лежал аккуратно сложенный наряд официантки.

- Ну вот, считай, что это - твоя гримерка - усмехнулся юноша. – Вон на стене, кстати, почти целое зеркальце висит. Теперь переодевайся, а я отвернусь.