Ведьмина клятва

Петр  Алексеевич был мрачен, грозен и от него несло крепким духом дорогущего  пойла, выпитого совсем недавно, а кроме прочего, ароматом  соответствующего одеколона. Знаем мы такие разработки, бабка научила  различать привороты. Вот не ожидала, что старший Воронов не способен  очаровать даму без помощи колдовства! Я понимающе ухмыльнулась,  демонстративно потянув носом воздух, и мужик окончательно озверел, от  него разве только искры не посыпались. Наверное, я оторвала дядюшку от  приятного общения с дамой, поскольку он был картинно расхристан - на  загляденье любительницам импортной штамповки.

.. ну, этакое немолодое  мачо в расстегнутой до пупа рубашке на достаточно мускулистом торсе... с  благородно-седыми висками и ухоженными руками. Я аккуратно  посторонилась, чтобы колдун мог осмотреть салон.

  - Что с ним?

  - Паралич примерно на три часа, прочие недоумки валяются  где-то рядом. Деньги и мобилы я им, разумеется не отдам, а вот ключики  можешь вернуть лично, - я пожала плечами и швырнула на сидение две  связки, - закон фронтира, колдун, что с бою взято, то свято.

С его  папашей разберешься сам. Или предоставишь мне?

  - Сам разберусь. Что я должен, кроме спасибо?

  - А сам как думаешь?

  Колдун многообещающе взглянул в сторону окончательно  обмякшего племянничка, и тяжело вздохнул. Много ты должен, дядя. За  подобное отношение к ведьме еще лет пятьдесят назад с виновника сдирали  шкуру, уточняю, с уже дохлого виновника.

А я, добрая душа, даже пальцем  его не тронула и заговоров не стала навешивать. Ему и без меня навешают.

  - Лиза, а ты его...

  Я отрицательно покачала головой, мозги и прочие части  организма сопляку пусть поправляет лично папаша, можно и розгами по  умной заднице. Впрочем, время бездарно упущено, ибо вгонять сыночку ума в  задние ворота надо было еще лет пятнадцать назад. Налюбовавшись видом  красавчика, благоухающего мочой, снова обернулась к старшему Воронову.

  - Я могу забыть это недоразумение, если отдашь мне своего слугу. 

  Колдун поморщился. 

  - Понимаю, - ухмыльнулась я, - но мы же не в карты играем на  деньги, тут здоровье твоего родича под вопросом, как и его никчемная  жизнь. Ты отдаешь мне своего слугу, и я всего лишь ломаю сопляку руки.  Извини, но так пообещала, когда он вознамерился меня пощупать.