Солитариус

Кто там? Учителя? Директор школы? Родители?

Стена закрутилась водоворотом, Дрозд присел на корточки перед Ваней и взял его за плечи.

— Прости меня…

Времени оставалось мало. Сказать предстояло много. И нельзя было врать, как бы ни тяготила правда.

— Тебе придётся трудно. На самом деле тебе ещё долго и часто будет казаться, что ты безнадёжен, что у тебя никогда не получится найти себе применение… Но ты держись. Я постараюсь почаще вспоминать хорошее. — Дрозд почувствовал, как предательски защипало в носу, чего не приключалось с ним уже лет двенадцать.

— А как же ты? С тобой всё будет в порядке?

— Ты, главное, не переставай мечтать. О разном, для себя и для всех. Пока не перестанешь — я не сдамся.

— Но тебе грустно…

Дрозд улыбнулся. На этот раз получилось.

— Значит, так и должно быть. Честно говоря, никто ведь даже не понимает толком, что такое счастье, так что…

«Может, я не от него отказался сегодня? И не его вообще искал… Может, то, что я на самом деле хотел бы оставить после себя, приобретается именно ценой бесконечных метаний по тупикам? Или это не цена, а необходимость? То, без чего не пройти весь путь к неизвестной цели.

Ваня с очень серьёзным лицом поднял руку и погладил Дрозда по щеке.

— Навещай меня, — тихо попросил он. — Если не забудешь, навещай меня, пожалуйста.

— Я не забуду.

«Если пройти весь путь, увижу ли я в конце, что именно так всё и должно было случиться?»

Стена упала. В тот же момент Дрозда швырнуло в сторону, он невольно зажмурился — и понял, что сидит на стуле и в ребро ему утыкается жёсткий угол письменного стола, а потом услышал, как рядом распахнулась дверь, как Ваня вбежал в переполненную комнату и отчаянно выпалил:

— Я здесь! Отпустите его, он не виноват!

И тут же поднялся шум. Открыв глаза, Дрозд увидел Антонину Викторовну, и директрису, и школьного охранника, и молодых маму с папой — все они, по-видимому, уже долгое время терзавшие его, мигом потеряли к нему интерес и обрушились на мальчика:

— Ваня!

— Где ты пропадал?

— Что случилось, Ванечка, ты цел?

Из коридора в кабинет осторожно заглядывала Вася: она, конечно же, изводилась, ждала за дверью и теперь ломала голову, каким образом друг умудрился незаметно проскользнуть мимо.