Магия сказочной страны

Надя на меня почему-то обиделась и, не проронив ни слова, пошла прочь по заснеженной дороге. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ней. И пока я шла рядом, подруга не прекращала на меня с подозрением коситься. Впрочем, вопросов по-прежнему не задавала. Несвойственное поведение для Нади. Мало того, что она примчалась по первому моему зову, так еще не спрашивала, зачем мне понадобилась, ведь по телефону я толком ничего не рассказала.

– Вызовем такси? – это были ее первые слова после пройденных несколько сотен метров.

Мы нашли остановку, но, понятное дело, общественный транспорт в такое время не ходил.

– Угу, – отозвалась я, опускаясь на скамейку.

– У меня телефон разрядился, от мороза, наверное... – отметила подруга, присаживаясь рядом. – Вызовем с твоего? У тебя же есть на карточке деньги или наличка?

«Деньги?» – пронеслось у меня в голове. Я внезапно осознала, что не заплатила доктору. А он не стал просить, потому что хотел, чтобы мы его поскорее покинули? Надя порылась в карманах своей шубки и выскребла несколько мелких купюр.

На проезд до дома на другой конец города нам их точно бы не хватило.

К слову, насчет денег я что-то совсем не подумала. Прям совсем! Дома я была поглощена спором с родственниками и поисками переноски для птицы, которая, к слову, оказалась не благородным вороном, а каким-то... дятлом. Хотя, о чем я вообще?! Ведь живое существо, в мусоропровод сбрасывать нельзя не только ворона, но и дятла.

О деньгах я не подумала, ведь в клинику нас повез брат.

И не предполагала, что по пути мы поссоримся. Так, наверное, все же было бы правильнее первой сделать шаг к примирению, набрать Филиппа и попросить нас забрать, а еще вернуться к доктору и заплатить за работу. Вот только... Как мне позвонить Филиппу, когда его телефон находится у меня?!

– Алиса, что происходит? – наконец спросила Надя. Все-таки интерес взял в ней верх. Наконец-то! – Ты... Какая-то другая...

О, правильное выражение! Только не в отношении меня, а Нади.

Это она была другой. И ссора с Филиппом... Только мать осталась прежней, но, может, она одинаковая во всех реальностях? А в остальном все нереально. Надя, брат, зима... Я пнула ногой рыхлый глубокий снег, кроссовок тут же промок.

– Ну и намело... – пожаловалась я (в разгар зимы).

– Ты же знаешь, что можешь со мной поделиться, это останется между нами, – мягко произнесла Надя и осторожно коснулась моей руки своими замерзшими пальцами.