Никаких собак

Ухватила за волосы, приложила лицом о стену, провезла носом по горизонтальным прутьям, предохранявшим стекло в двери от ударов.

– Ты чего?! – простонал парень.

Лида ударила его под колено.

– Заткнись.

– Да что я сделал-то?..

– Испортил мне остаток вечера.

Еще разок рванув за поврежденную руку, Лида оставила ухажера на коленях и перешла в соседний вагон.

Внутри клокотало и рвалось наружу. Скотина. И Карим теперь тоже будет на нее в обиде...

Глава 9

Желтая потрепанная машина с белыми шашечками на двери остановилась на Неглинной.

– Добрый вечер. – В окошке показалось дружелюбное, откуда-то знакомое женское лицо. – Вы на Павелецкую?

– На Дербеневскую улицу...

– Значит, правильно, – перебила женщина. – Садитесь.

– Я с собакой...

– Все нормально. Садитесь.

Михаил вновь пропустил собаку вперед. Залез следом. Он же так и не придумал ей имя. Спросил таксистку:

– Мы с вами не встречались?

– Вы не в моем вкусе. Простите. – Таксистка кашлянула. – Язык мой... Не думаю.

Михаил вздохнул. А ему казалось, что встречались.

Причем минут сорок назад. Черт знает что... Он решил отвлечься от неудобных мыслей на еще более неудобные.

– Смотри, – сказал он собаке, указывая в окно. – Исторический центр города. Чтоб он уже провалился.

Была ночь, и оценить знаменитые на весь мир московские пробки не удалось. А может быть, сработала особая таксистская магия. Уже через пятнадцать минут машина остановилась у длинного кирпичного здания. Михаил торопливо расплатился и поспешил вслед за собакой, которая уже не находила себе места от нетерпения и все дергала поводок.

Увидев, что Михаил идет за ней, собака подбежала к неприметной алюминиевой двери и поскребла ее лапой.

– Точно сюда?

– Аф!

– Понятно, – вздохнул Михаил, открывая дверь.

Собака юркнула внутрь. Это была старая проходная, через которую в свое время прошло немало заводских рабочих. Теперь же охранник из небольшой будочки, иногда отрываясь от телевизора, равнодушно поглядывал на тех, кто возжелал посетить творческое пространство, организованное на месте бывшей промзоны.

Пройдя через турникет, они оказались во дворе бывшей фабрики, или что это было, мануфактуры, среди кирпичных стен, покрытых граффити, со множеством окон; некоторые стекла были закрашены краской. Кое-где висели неоновые вывески. Собака направилась к одной из них, гласившей, что вход под ней ведет в заведение«Prehistoric Sound».

Михаил почувствовал раздражение. Он не любил клубов и пренебрегал появляться в подобных «пространствах».