Путешествие в страну снега и медведей

Достопочтенные чиновники, сидевшие за столами и рассуждавшие о политике на трёх языках сразу (и не лень было русским учить все эти языки?), удивлённо смотрели на мистера Грейвза, не решаясь подойти ближе к этому странному существу, больше напоминавшему боггарта.

— Кто-нибудь, выпроводите это! — воскликнул худощавый мужчинка с закрученными усами.

— Что Вы, Гаральд Робертович, нельзя же так, — ответили ему с другого конца стола. — Сейчас нужно ко всем проявлять сострадание. А если это страждущий? Давайте, как полагается добрым христианам, накормим его и.

..

— Ну хотя бы ткните его палкой, вдруг там уже и кормить-то нечего? — скривились усы. — А Вы, Николай Николаевич, какую угодно маску натянете, лишь бы никто не подумал связать пропажу казенных денег с Вашей Светлостью, — самодовольно произнёс он.

— Я понятия не имею, о чём Вы, — невозмутимо произнёс чиновник, приглаживая волосы цвета воронова крыла, и подошёл к растекшемуся по ковру и пытавшемуся отдышаться Персивалю.

— Пойдёмте, голубчик. Иван! Алёна! Подайте горячей воды!

— Я ищу мистера Кузнецова, — произнёс Грейвз, когда чиновник, немного полный, но сильный, как медведь, пытался поднять его. — Павел Кузнецов, он здесь?

— Паша-то? Здесь, — добродушно говорил Николай Николаевич, выводя юношу из комнаты под возобновлявшиеся за их спинами разговоры. — Вот ведь змеи... Вам нужен Паша, господин...?

— Грейвз. Да, сэр, если это не будет проблемой, — ответил юноша, пытаясь благодарно улыбнуться.

Николай Николаевич усадил его на банкетку возле стены и попросил подождать. Его улыбчивое полное лицо светилось заботой и таким участием, что даже аллергия Персиваля на аристократию тут дала задний ход. Мужчина быстро кликнул слуг, чтоб те присмотрели за гостем, а сам взял на себя труд наложить на Грейвза чистящие чары. Костюм мгновенно пришёл в приемлемое состояние. — С этой каминной сетью всегда так, нужно приноровиться, — сказал Николай Николаевич в ответ на благодарность в глазах юноши и отправился за Пашей.

Персиваль выпил принесенной воды и осмотрелся. Клуб занимал первый этаж жилого дома, насчитывался около четырёх комнат, соединенных коридором и ещё нескольких помещений для слуг, видимо, добавленных с помощью заклятия невидимого расширения. По мракоборческой привычке, Персиваль начал высчитывать количество возможных выходов, и где они могли располагаться.