Город Мечты

Но если б знал он цену катафалка, то ожил бы, чтобы нести свой труп»!

Милан повернул голову и уперся взглядом в некое подобие чернильницы, над которой торчала чья-то голова. А ниже - красовалась надпись «Пусть на моём напишут пьедестале: пил, как свинья, зато его читали».

- Мда! Последнее пристанище не обязательно должно быть мрачным! Прикольные эпитафии доказывают, что чувство юмора может жить вечно. Вот только почему нигде не видно свежих захоронений?

Удивляясь, и размышляя, он добрался, наконец, до цели. И обнаружил, что выйти в ГОРОД – не получится.

В глухой стене не было ни ворот, ни калитки. Точнее, ворота были, но давно. В замурованном проеме просматривался их железный остов. А неподалеку в тени раскидистого столетнего дуба таилась заколоченная сторожка. Милан выругался и почесал в затылке.

- Это сколько же мне обратно идти? – с тоской подумал он. – И почему здесь даже паршивой калитки нет? Никого не хоронят, что ли? Нелепо же тащить тело по дороге черти откуда, чтобы потом все равно свернуть на погост?

Милан даже прошелся вдоль забора, но калитки нигде не обнаружил.

Конечно, можно было влезть на дерево, а оттуда спуститься на другую сторону. Но, во-первых, делать это придется с рюкзаком на плечах.

- А, во-вторых, не факт, что мне там обрадуются – пробормотал он. – Вдруг подумают, что я – оживший мертвец? Хотя драные джинсы покойники в 19ом веке в здешних местах, наверное, не носили.

Он вернулся к сторожке, обошел ее кругом, решительно шагнул к двери и рванул ее на себя.

Прибитые крест- накрест доски, повели себя странно – гвозди послушно выскочили из проема, но перекладины почему-то задержались на самой двери.

- Если прикрыть ее за собой, то никто не догадается, что внутри кто-то есть. Интересно, а что представляет собой эта «нутрь»?

Впрочем, ничего необычного Милан не увидел. За крохотной прихожей, где были свалены ржавые лопаты, располагалась небольшая комната. Рассохшийся шкаф, стол с раскрытой канцелярской книгой и пересохшей чернильницей. Узкая деревянная кровать и колченогая табуретка.

Вот и все убранство. Знакомо пахло старым домом, пылью, и, почему-то, ладаном. Сквозь грязное окно едва пробивался дневной свет.

- Пожалуй, я здесь останусь - решил он. - Отдохну, а утром двинусь обратно. Правда, пироги закончились. Зато есть немного колбасы и фляжка с водой.

Милан смахнул с кровати паутину и мышиный помет, и бросил на доски спальник. Но, прежде, чем лечь, попытался разобрать надписи в раскрытой книге.