Перевёртыши

Расу пришлось несколько раз огреть его корзиной, чтобы согнать озлобленное животное.

Осторожно пробираясь по залитому кровью и щедро присыпанному кошачьей шерстью и костяными иглами полу, уворачиваясь от мелькающих выпущенных когтей и оскаленных морд, Эрим думал о том, что на настоящем поле сражения, где летают стрелы и скрещиваются мечи, наверное, страшно ещё больше. И если он так и не сможет договориться с правителями Саккара, шансов на победу у его страны, практически не останется. Может, мне и вовсе не стоило тратить на эту идею время, а сразу нужно было искать другой выход?

Широкий коридор, из которого с одинаковой периодичностью выскакивали гурхи, оказался заставлен непонятными щитами, сбитыми из толстых стволов, будто небольшие плотики.

Зачем они под землей? Какой ещё пакости ожидать от этого строения?

Рас лихо перебросил молоток в левую руку, давая отдых второй руке. Немного подумав, вытащил из корзины последнюю тушку, бросил её у стены. Цепочка гурхи тут же потянулась к мясу.

Рас осторожно выглянул за угол и присвистнул. Отбросил ненужную корзину и скрылся. Хрясь! Хрясь! Послышались знакомые звуки. Шагнув следом, Эрим тоже не удержался от удивленного вздоха.

Похоже, это и есть тот балкон, с которого бросали корм гурхи — половину комнаты перегораживали, обычные в Саккаре, бамбуковые перила. Вторая часть балкона, у каменной стены, была перегорожена толстыми бревнами и такой же толстой дверью, ведущей, очевидно, на лестницу. Вместо привычных перил, лестницу огораживали такие же бревна, почти в рост человека.

Оттолкнув ногой тушку убитого Расом зверька, Эрим шагнул вперёд и осветил, насколько возможно, пространство за перилами балкона. От увиденного едва не выронил светильник.

На середине лестницы бревна заканчивались, и дальше просто шли земляные ступени, ничем не огороженные. Забитые плотной, шевелящейся, жёлто— коричневой массой. Гурхи стремились вверх, занимая пространство над лестницей в два— три ряда, прыгая друг другу по спинам.

Часть из них срывалась с края, падая в яму. Но каждый упавший тут же подскакивал на свои ходульки, отряхивался, и с маниакальным упорством бежал на лестницу, запрыгивая на спины и головы собратьев.

Эрим повернулся к Расу. Тот отбросил к перилам кожаный колпак и, с молотком наготове, хмуро разглядывал дверь, за которой копошилось, поскрипывало хитиновое войско.

— Не нравится мне это! Странно, что они только одну дыру прогрызли.