Веритас

Дальше выступали представители подобных клубов, ничего примечательного, пока выступать не вышел Антон. Он уверенно начал свою речь. Рассказал немного о своей жизни. Его отца, инспектора ГМИ, убили люди из Княжества. Антон всегда старался быть прилежным учеником и добропорядочным гражданином. Только благодаря этому он смогу поступить в «лучший» вуз империи и стать членом его лучшего клуба. Ага, конечно. Дальше пошел рассказ о больших достижениях его клуба, о новых грантах, что им выдали, и что вуз и ГМИ усилило поддержку клуба и они ждут каждого в свои ряды.

В моменте с рассказом об отце и его осознание было довольно грустно и интересно слушать. К сожалению рассказ свёлся в пропаганду себя любимого и своего клуба. Друзья тем временем смеялись над всем с момента его рассказов о своем клубе. Меня их шутки тоже довольно часто заставляли улыбнуться.

Спустя два с небольшим часа мероприятие завершилось и нас отпустили по домам. Встретившись с Аркадием, Пифией и Аней мы пошли в кабинет Ганса Максимовича.

У входа в кабинет инспектор прощался с, как оказалось, отцом Марка.

Рихтер посмотрел в нашу сторону. Бросил краткое " Кто-то один" и вошёл в дверь. Аркадий вызвался собрать письма и пошел следом за инспектором.

К нам, в свою очередь подошёл начальник ГМИ и представился:

— Август Сергеевич, очень приятно!

Аллан сказал девушкам, что это отец нашего друга. Они немного засмущались. Я же уверенно пожал ему руку.

Затем мы немного пообщались насчёт этой ситуации. Отец попросил Марка побольше проводить с нами всеми время, назвал нас «славными».

У Аллана спросил насчёт приступов вспыльчивости. Как оказалось, его с детства беспокоит такая проблема, подробностей я решил пока не узнавать. Далее он попросил всех вести себя осторожно, прилежно учиться и удалился по «очередной проблеме имперского масштаба».

В целом у меня сложилось хорошее впечатление о мужчине. Выглядел и говорил он как большой начальник, говорил кратко и по делу. Выглядел не таким уставшим, как Ганс, однако звучал довольно тяжело.

Ещё чувствовалось некое напряжение между ним и Марком, в их отношения я лезть не хочу, быть может у них было не то настроение.

Почти сразу после расставания с Августом Сергеевичем к нам вышел Аркадий.

— Значит так, Рихтер все письма забрал, сказал ни при каких условиях не связывать себя с Княжеством. Этот наместник может много чего наговорить, все это ложь. Так же он строго настрого запретил лезть и разбираться с Княжеством самим, геройствовать и тому прочее.