Наследник древней силы 4. Вражда

Кстати, Артур Дмитриевич, раз тут нет Голицыных, от кого, по вашему мнению, дружина Борецких защищала поместье? И чья техника в городе?

– Воистину так, – вставил князь Вельский – грузный толстяк с широкой бородищей. – Мой родственники погиб прошлой ночью. От кого они с дружиной защищали поместье Борецкого?

– Господа, пожалуйста, давайте не будем спорить, – воззвал Максимилиан Сергеевич. – Ситуация скверная, вопросов много у всех нас. И я вот что думаю по этому поводу: пусть сам Святослав и ответит на эти вопросы, объяснит, что произошло и с кем он сотрудничает.

Мы имеем право знать. Как можно клясться в верности князю, который играет втёмную? Что Василий за нашими спинами проворачивал одному ему известные схемы, что Ростислав, а теперь и Святослав мутит воду. Кажется, Борецкие считают, что они тут полновластные хозяева. А нам нужны прозрачность и стабильность. Мы должны знать, куда нас ведут.

– Борецкие уже давно считают себя хозяевами и творят, что им заблагорассудится, – согласился Лядов. – Мы ж молчим.

– Но мы больше не будем молчать. Напомним Святославу об обязательствах, потребуем объяснений. Повторяю, мы вправе сделать это.

– Вряд ли Святослав выложит всё начистоту, – покачал головой Зеленогорский.

– Разумеется, – проговорил Лядов. – Он скажет только то, что его начальство в Москве разрешит.

Вельский и Жилин усмехнулись, а Зеленогорский снова покачал головой.

– А мы будем стоять на своём, – стукнул кулаком по столу Максимилиан Сергеевич. – Это в наших же интересах. Подготовим ряд вопросов и будем добиваться внятных и честных ответов.

Простите, Артур Дмитриевич за мою прямоту, но новгородская дума уже давно бездействует. При последних Борецких она носила чисто декоративный характер. Не пора ли пересмотреть роль думы в управлении княжеством? Пусть главы родов соберутся и что-нибудь предпримут.

– Так, ладно, я вас понял, – проговорил Зеленогорский, словно подытоживая разговор. – Но понимаете ли вы, Максимилиан Сергеевич, что если нас не устроят ответы Святослава, нужно будет принять меры? Какие меры мы примем – вот что меня интересует.

Отказ подчиниться великому князю станет нарушением законодательства, и тогда правительство СРК будет просто обязано вмешаться. Многие ли из нас готовы пойти на конфронтацию с центральной властью?

– Поскольку в правительстве Союза сейчас Голицыны, у нас уже существует конфронтация. А кто законы-то принимает? Да, есть общий свод. Но это не значит, что мы не можем корректировать собственное законодательство.