Наследник древней силы 4. Вражда

Больше всего в данном случае меня интересовал городской дом Борецких, где, по словам Вероники, держали в плену их с сестрой, и на который я собирался совершить налёт.

– Не советовал бы тебе туда соваться, – Валера имел вид озадаченный. Он был малость ошеломлён моим намерением напасть на дом, полный дружины Борецких. – Если бы я хотел тебя убить, то устроил бы похожую западню.

Валера и Николай подозревали, что Святослав с помощью Вероники пытался поймать и убить меня. Подозрения были не лишены почвы, вот только я не чувствовал тревоги по этому поводу.

– А какой у меня выход? – пожал я плечами. – Во-первых, Вероника и Оля – единственные наследницы Ростислава, а значит, именно им скоро перейдёт две трети нашей с Ростиславом компании. А если доля достанется Святославу, то и Голицыны до неё доберутся в два счёта. Не за это мы боролись, не за это я жопой рисковал в серой зоне. Да и потом... Веронике действительно может грозить опасность. Какое мне будет оправдание, если с ней что-то случится, а я не вмешаюсь? Я же не могу оставить невесту в беде.

Николай вздохнул и поджал губы.

– Так-то оно так, – согласился Валера. – Но ты понимаешь, что один ничего не сделаешь? Там же – дружина! Энергетики, возможно, не самых низких уровней. Все они вооружены. А ты в одиночку попрёшься. Ты серьёзно? Забыл, как мы тебя осенью из лап увээровцев вытаскивали?

– Это было раньше. Сейчас у меня силёнок побольше стало.

– Даже на энергетика первого ранга найдётся управа, – Николай пальцем двигал изображение на голограмме, осматривая местность. – Одному лезть очень рискованно. Очень.

– Предлагаешь явиться вместе с дружиной? – спросил я. – Чтобы потом Борецкие за это нам всем предъявили? Мне терять нечего. Возможно, меня уже объявили вне закона. Вам-то зачем подставляться? Понимаешь, Коль, если решат, что ты опасен, завтра и на твоё поместье бомбу скинут.

– А дальше? – спросил Валера. – Куда потом подашься? Куда девушек повезёшь?

Этот вопрос заставил меня задуматься.

Тот факт, что Вероника жива, меня несказанно обрадовал. Я уже мысленно похоронил её, а тут – такая новость. Вероника говорила, что она под домашним арестом, и это походило на правду.