Цветок с пятью лепестками

Девушка на секунду нахмурилась, но потом разглядела своего друга, стоявшего у бара, и восторженное выражение вернулось на ее лицо.

  Кира тоже обернулась к их столику. “И как он смотрит?” Чех задумчиво поглядывал на них поверх пивной кружки.

– Невероятный? Я ему покажу – невероятный!

  Милан не выдержал и рассмеялся, чуть не подавившись пивом. Секунда, и Кира смеялась вместе с ним. Иначе просто не могло быть.

  Оля непонимающе переводила взгляд с нее на Милана, а потом не выдержала и тоже начала смеяться.

  За крайним столиком сидели две женщины и мужчина. Они не танцевали, а что-то оживленно обсуждали, поглядывая в зал. Затем мужчина провозгласил тост и поднял свой фужер. Женщины последовали его примеру, и тут Кира удивленно замерла. Оля, не ожидавшая остановки, споткнулась и чуть не упала, задев мужчину.

    На правой руке одной из сидевших за столиком женщины средних лет был точно такой же перстень, какой достался в наследство Кире от отца.

  Сама женщина, одетая в открытое светло-голубое платье, почти не надела украшений. Лишь цепочка с непонятным амулетом на шее и перстень. Поймав взгляд Киры, она удивленно замерла, и некоторое время в ее миндалевидных фиалковых глазах нельзя было прочитать ничего, кроме недоумения. Потом понимание отразилось в ее взгляде, и женщина поставила фужер на стол.

   Стихии приглушенно заявили о своем присутствии где-то там, глубоко, в темноте.

  Оля не дала ей сосредоточиться и почти силой потащила дальше на веранду. Противиться любопытству подруги было невозможно, и Кира последовала за ней с одной мыслью: не споткнуться и не упасть в темноте.

  Внизу, под стеной замка-отеля, вовсю шли приготовления к фейерверку, а Оля засыпала ее вопросами. Вставить хотя бы слово в этот поток было практически невозможно, и Кире оставалось только улыбаться.

– Извините, девушки. Откуда вы и как вас зовут?

  Оля от неожиданности замерла с открытым ртом. Кира оглянулась. Перед ними стоял молодой мужчина. Он спокойно ожидал ответа, успевая, казалось, уделять внимание обеим подругам и, не стесняясь, разглядывая их в упор.

   На несколько секунд повисла тишина, вмешательство постороннего в их беседу было для Киры не столько неприятно, сколько неожиданно.