Старшая школа Йокай

Отец, только открыв дверь, сразу показательно всплеснул руками и с хорошим славянским акцентом возопил на плохом японском:

— О ками, это ведь легендарные токийские рыбки! Как хорошо, что мой сообразительный сын привел меня именно сюда! Наконец-то я увижу и попробую такую важную часть восточной культуры!

Надо ли говорить, что спустя минуту он был уже окружен кондитерами. Они едва ли не облепили его и уговаривали совершенно бесплатно попробовать вот эту рыбку, и вот эту, и вот эту тоже обязательно. Я пришел в себя, когда его увели на кухню — показывать процесс.

Вот хитрая задница. Ладно, возьму пару рыбок, посижу, покусаю их за хвост. Пока, может, пойму, как он изобразил славянский акцент.

Уходили мы оттуда через полчаса под хоровой плач, и из нас выдирали обещание, что мы обязательно вернемся.

Из известных мне мест — а знал я мало — оставалась раменная. Я решил сначала показать туристический центр города, а потом уже отправляться за едой. Отец вел себя как настоящий гайдзин, но местные смотрели на него с восхищением, близко, впрочем, не подходя.

Он каким-то образом запечатал потоки Нави, догадался я, и смертью от него не фонило. Вот чему бы научиться.

На центральном проспекте к нам подошел мужчина в обычной летней одежде. Всё бы ничего, но он поздоровался с отцом за руку. Разговаривали они на японском. На меня внимания незнакомец не обратил.

— Давно не виделись, Кощей-сан. К сыну?

— Да, вот в ваши края заглянул. Встретимся вечером, что ли?

— Что б не встретиться, я в ближайшее время не очень занят.

— Хорошо, пиши-звони, посылай сигнальные ракеты.

Я удивился. Папа поспешил ответить:

— Это Миямото, мы с ним раньше вместе работали пару лет. Я знал, что его семья здесь живет. Оставлю тебя на вечерок, если ты не против. Сослуживцы, всё такое.

Подробности выяснять не хотелось. Но когда мы нагулялись и добрались за раменом, меня все-таки смутила одна деталь.

— Пап, а давно ты японский знаешь?

Он наморщил лоб:

— С прошлой недели.

— Но как?.

.

— Да без особого труда. Я высший некромант, поэтому обладаю навыком чтения душ. Сначала лет триста — триста пятьдесят практиковал, дальше специально учился. Если душу правильно прочитать, можно установить с ней телепатический мост. Потом действует общее правило коммуникации: адресант, адресат, код. Грубо говоря, один сообщает что-то другому, при этом информация шифруется. Так работает любой язык мира, от привычного до жестового или танцевального.