Старшая школа Йокай

И в роддоме меня вроде не подменили.

Ее лицо исказилось яростью, и валькирия напала снова. Копье мелькало перед глазами, светлые волосы вились смерчем — эту женщину вообще ничто не сумело бы научить. Эх, горячие северные девы...

С цирком было пора завязывать.

Я щедро влил ки в нервную систему и уже в следующее мгновение исчез из виду. Я был за спиной противника. Стоило отдать Хильде должное: да, она успела среагировать. Хорошие рефлексы ли, а может, отличная скорость реакции... Но когда она развернулась — меня там уже не было.

Я прекрасно понимал то, что не доходило до противника: бить друг друга духовным оружием — абсолютно бесполезное занятие.

Валькирия — это чудо-девка, главная задача которой — ни разу не пиво разносить. По своей функции она очень похожа на шинигами, который отслеживает, чтобы всем досталось правильное посмертие. Она при всем желании не может отправить на тот свет кощея, который и так одной ногой постоянно там. В Вальгаллу она меня тоже закинуть не может: рожа у меня кривая, и я уже об этом упоминал.

Здесь возникает приятнейшая коллизия. Ее оружие — оружие бога смерти, оно умеет ровно две вещи: даровать уход в Навь и разбивать ауру. Одно от другого на самом деле не очень отличается. Мое оружие — это предшественник косы жнеца. У Карачуна примерно те же данные. Ситуация патовая. Ни один из нас не может повредить другому до тех пор, пока мы держим в руках духовное оружие.

Я подождал. Она когда-нибудь должна была выпрямиться и выставить копье. А когда это случилось, в один шаг рванулся вперед.

Из моей спины торчало навершие копья. Своей цели я добился: теперь мы стояли вплотную.

— Остынь, горячая голова.

А затем я размахнулся и со всей силы ударил лбом.

Бамммммм! — отозвался золотой шлем.

Легко контуженная дочь севера упала как подкошенная.

Она пришла в себя очень быстро. Сказывалась боевая подготовка.

Спесь с нее слетела вместе со шлемом. Хильда не стала подниматься и просто села там же, где находилась, скрестив ноги под платьем, ожидая, пока пройдет гул в голове.

Шлем подобрала и положила на колени. Золотые крылья по обеим сторонам шлема продолжали издевательски сиять.

Я одним движением выдернул из себя ее копье и протянул хозяйке.

— Ладно, твоя взяла, — сдалась она. — Но ты же расскажешь, в чем дело и почему на нас обоих ни царапины?

Я не стал расстраивать ее и сел напротив. Если я не сообщу, то я уж не знаю, кто сообщит. К тому же я собирался ограничиваться только раскрытием свойств духовного оружия.