Язверь

От «Октябрьской» до «Краснопресненской» можно добраться подземкой, дальше до Никитских ворот троллейбусом или пешком по бульвару. Илона отправилась этим маршрутом. Гере вход в метро был заказан, да и крылья помогали быстро перемещаться по воздуху. Несмотря на явное преимущество, она последней прибыла в нужное место.

Убедившись, что поблизости нет посторонних, Гера спустилась на мостовую перед ротондой.Никто ее не заметил; москвичи чаще смотрят под ноги, чем на небо, водители сосредоточены на габаритах соседей и на светофорах.

Скульпторы поместили ротонду на постамент из красного камня. К фигурам Пушкина и Гончаровой вели крутые ступени. На ребристых колоннах покоился сферический купол. Ротонду окружили оградой, по внутреннему краю которой установили скамейки для горожан.

Летом из основания постамента били струйки воды. Осенью ротонда исправно служила достопримечательностью для туристов без каких-либо ненужных излишеств.

Вместо бронзовых изваяний внутри ротонды мерцали очертания Транспорта.

Почему Транспорт возник именно здесь, уточнили бы те, кто занимался изучением аномалий. Но у ученых не спросишь, да и сэлле могли появиться в любую минуту, подумала Гера.

Крылья послушно сложились. Она научилась с ними справляться, получая от полетов порцию адреналина.

Никита, Илона и Настя сидели на одной из скамеек возле ротонды.

Настя пришла не одна. Гера узнала телохранителей, которые преследовали ее в Битцевском лесопарке. Оба, как и положено, стояли за спиной у хозяйки.

Внушительных размеров водитель прогуливался неподалеку возле «Газели».

Никита обнял Геру, и его внимание переключилось на крылья.

- И как теперь тебя называть? – спросил он.

- Называй, как угодно. Я все равно тебе рада.

- Вы это чувствуете? – Настя насторожилась.

Издалека слышался звук, напоминавший шелест листвы. Гера огляделась. Поблизости не было ничего, что могло бы его издавать. Разве что в небе появилось пятно, которое вскоре переместилось к востоку, превратившись в странное облако.

Настя подбежала к фургону, открыла задние дверцы. Водитель поспешил на помощь хозяйке, и оба скрылись внутри.

Звук продолжал нарастать. Облако развалилось на части, отдельные пятна росли, множились и точно так же делились, напоминая роение пчел. Гера догадалась, что это за «пчелы». По тому, какой шум издавал этот рой, можно было судить, что сэлле заявились в Москву не всей популяцией. Прибыли самые отважные, и их полсотни, не больше.