Язверь

- На что это похоже?

- На выбросы солнечной плазмы, - Илона откинула длинную прядь с лица. - Не все невызревшие могут их чувствовать, но у меня особенный дар. Наблюдения могут отнимать у меня много часов.

- Потоки ведь встречаются? Где?

Она указала рукой на точку пониже коленки Никиты:

- Здесь. Потоки сплелись.

Гера не задумывалась, любит его или нет. Их отношения с Ником не были близкими. С тех пор, как они познакомились, она только и делала, что составляла Нику компанию.

Оказалось, что их связывает не дружба, а невидимые глазу процессы.

- А как насчет фараонов Египта?

- Фараоны - не лемурги. Другая ступень эволюции, скамы. Обожествляли их по той же причине. Будь все население Египта скамами, не существовало бы неравенства, и неизвестно, какая бы модель общества получилась. А так низшие, лемурги, поклонялись тем, кто выше их в иерархии.

- Знаете, я как-нибудь в гости к вам загляну. Вы откуда?

- Дом с кафе «Шоколадница» напротив метро «Октябрьская» знаете? Вы ведь москвичка? Я живу в квартире над этим кафе и работаю там же.

Заходите. Накормлю вас блинами.

Пока они болтали с Илоной, собрание завершилось. Никита потащил ее к выходу.

Успеть бы посетить Городище, пока сон ее окончательно не сморил!

Борейко нарочно откладывал экскурсию до позднего вечера, вот только по какой причине, Гера не знала. Профессор, со свойственной ему энергичностью, мог и к утру ее провести, но здесь Никита завозражал.

Осенний вечер тонул в полумраке. Мерцали окна вагончиков.

Где-то играла музыка; пели, сидя возле костра. В степи сохранялась особая атмосфера, как будто древние только что покинули эти места.

- Что с тобой? – спросил Ник. – Что сказала Илона?

- Говорила о потоках любви.

- Об этом она говорит со всеми, но кроме Илоны никто их не видит. Спроси нашего психиатра, если хочешь.

Слова Никиты напомнили Гере историю из прошлого, когда она не была лемургом. Кто-то рассказывал о человеке, которого окружающие принимали за сумасшедшего.

Кажется, разговор об этом зашел на встрече выпускников. С кем она говорила, она так и не вспомнила.

Видавший виды УАЗик остановился. Фары осветили траву, отвалы земли и фрагмент сгоревшего бруса. Камни в виде указующего перста и сложенные в пирамиду булыжники создавали тревожный настрой. Место напоминало декорации к фильму «Ведьма из Блэр», но здесь не было леса.

Впереди проступили кольца заросших травой валов. Между отвалами темнели длинные ямы.