Язверь

И теперь она так же, как и Александр Анатольевич, находится не в своем организме.

Не успела Гера поразмыслить над странным открытием, как невероятная сила ухватила ее, втянула в пустоту. Здесь же, в безвременье, был Никита. Его армейский ботинок пролетел в сантиметре от ее головы.

Не позволив ей осмотреться, сила выбросила ее на землю пустынной саванны. Чтобы не потерять направление, она отправилась следом за солнцем. Если верить часам, идти пришлось семь часов тридцать четыре минуты. Когда солнце зашло и на горизонте показались строения, она прибавила шаг.

Приближалась деревня. Усилием воли ей удавалось двигаться дальше. Она с трудом добрела до деревенских окраин. Возле первой лачуги на камне кто-то оставил емкость с водой, и она ополоснула лицо, сделала несколько быстрых глотков. Вода оказалась на вкус слегка горьковатой, с примесью незнакомого фрукта, но удивило не это.

Гера узнала голос, который доносился из дома.

– Долгие годы я изучаю вашу религию. Если останусь здесь, ты научишь меня ремеслу?

Ответила женщина.

- Высоколобый, знаешь ли ты, что мы не доверяем чужим?

- Я тебе не чужой.

Отец! Родной, настоящий. Но как он здесь оказался?

Гера пошла на звуки, осторожно раздвинула прутья там, где они расходились.

Отец сидел на плетеной подстилке, слегка откинувшись на подушки. На нем темный спортивный костюм с эмблемой «СССР» и с белыми полосками по бокам. На ногах покусанные Мулатом кеды. Не изношенные, новые, будто только что из магазина.

Рядом, касаясь отца бедром обнаженной ноги, возлежала крупная темнокожая женщина. Она сердилась, курила «Мальборо».

- Если останешься, придется тебе брать в жены одну из Лоа. Делиться я не хочу.

Отец понял подругу по-своему. Ладонь его руки опустилась в ложбину между ее коленями и заскользила выше, к бедру. Пока отец гладил ее, она налила в емкость темную жидкость, отпила пару глотков и предложила отцу.

Глотнув, отец откинулся на подушки. Вскоре он потерял сознание: его глаза закатились, а рот слегка приоткрылся. Спал ли он или умер, только, похоже, способность чувствовать к нему уже не вернулась.

- Вот так, - она подложила подушку и склонилась над ним. - Спи, муженек. А пока я кое что у тебя заберу.

За спиной словно включилась мощная вытяжка. Геру потащило назад со скоростью взлетевшего Шаттла.