Язверь

Сколько болтало ее, и как долго после остановки она находилась в обмороке, Гера не знала.

Если бы она не была скамом, то адское приспособление наверняка бы выжало всю ее жизнь без остатка. Без кислорода, оглушенный вибрацией, человек погибает.

Скам, оказывается, может и не такое выдержать.

Вернувшись в сознание, Гера не удивилась. Да и удивляться, по-крупному, нечему было. Она даже не понимала, где находится.

Она лежала мокрая на кафельной плитке, уткнувшись губами в мужские колени. С одежды струйками стекала вода.

Во рту появился отвратительный синтетический привкус.

- Хорошо, что с тобой ничего не случилось, – мужчина гладил ее по волосам.

- Кто ты? - человека она не узнала.

- Постарайся вспомнить.

Она всматривалась в обветренное лицо, и память возвращалась. Возвращалась неправильно, от прошлого к настоящему. Словно проявлялись переводные картинки из детства.

Вот мама покупает ей в «Детском мире» школьную форму. К платью полагается белый фартук, и мама не может решить, какой фасон фартука лучше.

Гере нравится тот, что с пышными «крылышками»-оборками, но она от чего-то молчит.

Вот отец за рулем новенькой Волги, и Гера упрашивает его покататься по городу. Отец медленно возит ее по московским улицам, и ей хочется, чтобы его рассказ о городе длился подольше.

Вот она на крыше девятиэтажки с мальчиком, который потерял ключи от квартиры. Мальчик хочет спрыгнуть на балкон, но оступается.

Вот она старшеклассница: возвращается после свидания заполночь, и матушка ее жестоко наказывает.

Вот выпускной класс, последний урок, экзамены...

Дальше-то что?

Словно страница перелистнулась - вспомнила. Как узнала его и полюбила, как превратилась в лемурга. Страстно любимый Славик оказался мерзавцем. Нет – скамом. Что, в принципе, равнозначно, ведь он хотел ее съесть.

А вот теперь стоп.

Она же сама - скам.

- Славик?!

- Тише. Я перетащил тебя в комнату, где хранятся продукты. Ее уже обыскали, и здесь никто не появится.

Помещение, в котором они находились, было узким, как гардеробная комната.

Славик не ошибался, это был продовольственный склад. Слева от нее - горкой пачки спагетти. Чуть поодаль – банки с консервированной кукурузой. Она вытащила из-под себя промокшую пачку и положила на полку. Она лежала на каше быстрого приготовления.

Славик слегка наклонился, пошарил рукой между консервами и достал шоколадную плитку.

- Знаешь, - сказал он, пережевывая шоколад, - я ведь стал скамом три года назад.