Недосвет

Отобедать в ресторане, который он давно планировал открыть. В нем собирались бы такие же как он, своим горбом заработавшие право на беспечную размеренность существования. Это, в конце концов, и было его целью. Покой и достаток. Всё что он делал служило именно этой цели. Именно такими воображаемыми картинами он побуждал себя к действию. В конце концов, когда план будет выполнен, он сможет в полной мере насладиться покоем.

Только вот впервые в этом воображаемом идеальном мирке не было Маришки.

- Зельевар. Ты чего это спать удумал? Не выйдет.

Если ты ещё не понял, ты теперь работаешь на Добромира. А это, уж поверь мне, значит, что больше ты себе не принадлежишь. Ладно. Пойдём, покажу тебе кое-что.

Они прошли по коридору. Лекарь заметно подобрел, и отчего-то решил провести Креславу экскурсию.

- Вот здесь, - указал он на простенькую деревяную дверь, запертую на символический крючок, - находятся апартаменты, предназначенные для продажных шкур, только не таких, как ты, притворщик ты эдакий, а для настоящих.

Тут народец беззлобный, тихий. Обитель подлинного раскаяния, так сказать. Добромир поначалу, когда только прибыл сюда, на них думал опереться, но ничего хорошего из этого не получилось. Слыхал про прошлогодний бунт, небось?

- Угу, - буркнул Креслав, про себя недоумевая, для чего лекарь это делает. Это хоть и лекарня, но лекарня тюремная. У каждой двери стоит, прижавшись к ней ухом, а то и вглядываясь через проколупанную заточкой щёлочку, соглядатай. Голос у Ёржа звонкий, пространство маленькое, так что то, что он говорит Креславу, слышит весь лазарет, а значит, об этом в ближайшее время узнает вся тюрьма.

Креслав сам имел отношение к системе оповещения, и знал, что из лекарни стабильно приходили сведения. Правда, сводились они к тому, что такой-то поступил на лечение, а такой-то вышел. Это было, насколько ему известно, самое спокойное место в тюрьме. Что было понятно, традиционно Грых Таг лекарей ставили на один уровень с шаманами.

- А вот мы и пришли.

Лекарь остановился у тяжёлой, окованной железными полосами двери, запертой на редкой работы замок.

Он приложил к выемке печатку, надавил, внутри двери что-то тихо щёлкнуло. Ёрж потянул ручку на себя, и они вошли.

Креслав обомлел. Нет, не от оснащённости лаборатории, в конце концов, ступки, реторты, перегонные кубы и горелки это не такая уж редкость, поставки с гномьих городов идут исправно. Удивило его художественное, так сказать, оформление. Очень своеобразный стиль.