Недосвет

Все жители долины равны, и нет разницы, кто с клыками, а кто без. Всё серьёзно, ищейкам велено вынюхивать, кто за «Человеческую власть». Карать будут нещадно.

- Дело хорошее, кто б спорил, – с невинным видом ответил Креслав, - только вот не очень я себе представляю скажем орка в совете при царе.

Дежурный наклонился к Креславу и тихонько проговорил:

- Да все всё понимают, но ты будь аккуратнее. Что-то там, наверху, затевается.

- С эльфами воевать будем?

- Мне откуда знать? Но Федуна из одиночки вывели в общую камеру к невидимкам.

Начальник ихнего главного к себе вызвал и имел с ним очень серьёзный разговор. Так что Федуна никто больше не трогает. Поговаривают, что на этап ему скоро.

- Да, дела.. – протянул Креслав.

В коридоре показалась фигура Уйки.

- Ну, бывай, пора мне, - попрощался с дежурным Креслав. Тот буркнул что-то дружелюбное в ответ, и Креслав отправился в свою палату. Надо признать, палата была роскошная. Смутило зельевара только наличие второй кровати.

- Кто мой сосед? – поинтересовался он у уйки, стоящего в дверях.

- Нет соседа. Один будешь жить. Ты ж теперь охотник.

- Так вышло Уйка. Сам не ожидал такого поворота.

- Ну, как вышло – так вышло. Наш тебе просил передать благодарность.

- А со Жданом как?

- Хреново Ждану, - коротко ответил Уйка.

- Хреново – это хорошо.

- Да ты философ. Креслав.

- Станешь тут философом. Кстати, Уйка, а ты кем был на воле?

- Лекарем.

- А за что сюда попал?

- Не тех лечил. Если спросишь, как попал к невидимкам, ответ будет такой же.

- Прости, я не собирался лезть к тебе в душу.

- Ничего страшного.

Уйка ушел, и Креслав начал устраиваться на новом месте. Кровать была отличной – по тюремным меркам, разумеется, в углу имелось отхожее место, отгороженное тонкой стенкой, посредине палаты стоял стол. А ещё здесь было окно, выходящее не в тюремный двор, а в стену, окружающую тюрьму. Креслав встал у окна, протянул руку сквозь решётку. Почувствовал теплый ветер. Прижался лицом к решётке, втянул носом запах земли, и услышал звуки.

Судя по ним, прямо за стеной, от которой его отделяло несколько шагов и решётка, располагалась оживлённая городская улица. Креслав слушал скрип колёс телег. Звук цокающих по мостовой копыт, голоса уличных торговцев. Каких-то несколько шагов…Его посетила мысль о побеге, и он не стал прогонять её, хотя знал, что не решится на этот безумный шаг. Не решится вовсе не потому что не хватит смелости, а потому что это именно безумие.