Алексей Кожемяко и Полоцкий вирус

Аня склонилась над Кожемяко, набрала в рот побольше воздуха и поцеловала Лешку.

В голове Сергея проскочила ревнивая мысль, что все девчонки только о нарядах да поцелуйчиках и думают, как Кожемяко вдруг вдохнул и сел:

– Ты чего? – сказал он девчонке.

– Искусственное дыхание. – пояснила Аня.

Волков очень хотел съязвить, но смог промолчать. Лешка тоже подумал, что он вроде не тонул, но вовремя успел прикусить язычок – зачем им снова ссориться? – тем более, что Аня спасала его от смерти.

– Спасибо. – сказал Лешка.

– Пожалуйста. – ответила Саламандра и опустила глаза.

«Кажется, я ей нравлюсь», – подумал Кожемяко и в волнении облизал пересохшие губы.

Помещение, в котором оказались подростки, не было ни тайным ходом, ни логовом беглых каторжников. Это глубокая квадратная яма – метра четыре на четыре, в которой можно ходить, не пригибая головы. И в ней ничего не было: ни шелухи от лука, ни гнилой картошки, ни забытой банки с соленьями. Впрочем, сундука с сокровищами здесь тоже не наблюдалось.

– Ну, вы тут поворкуйте, – язвительно обронил Сергей, – а я – с вещами на выход.

Аня не ответила. Лешка тоже промолчал. Воронов, тяжело вздохнув, подобрав телефон, удалился наверх.

Кожемяко поднялся на ноги, достал свой сотовый и осветил комнатушку.

Аня стояла с поникшими плечами:

– Почему он со мной так?

Алексей Платонович был великим писателем, он не только мемы мог сочинять и бородатые анекдоты, но еще отличался умом и сообразительностью. Ему не потребовалось разъяснять, о ком говорит девчонка.

А еще было очевидно, что эти двое совсем не безразличны друг к другу. Да и поцеловала Аня Кожемяко, похоже, не потому, что это было первым, что пришло в голову, но еще, чтобы и насолить Волкову.

– А ты задай себе тот же вопрос. – сказал писатель. – Вы только собачитесь, с первого же момента встречи. И мириться не собираетесь.

– Да как с ним мириться, если он только о своей Лапе и думает! – надулась девчонка.

– Ну так своя лапа – всегда ближе к телу. – усмехнулся Кожемяко.

– Чего? – опешила Аня, а потом засмеялась.

– С этой стороны на проблему я еще не смотрела.

– И, потом, если тебя тоже выперли из школы и перевели не только в один с Волковым город, но даже в один дом, где нет коварной соперницы, то о чем же ты сетуешь?

– И то верно! – повеселела девчонка. – А ты – не промах.

– А сейчас давай выбираться отсюда, а то Серый, и вправду, чего про нас подумает. А оно тебе надо?

– Вот даже не знаю. – хихикнула девчонка. – В жизни все может пригодиться.