Щуки в море

— Я же его и на работу носила, и просто на улицу, а…

— А позавчера им завладел злодей, — понимающе кивнула старушка. — Да знаю я всё! Ты ж пришла вся зарёванная, и серёжек не было.

— Знали?

— Знала, конечно. И знала, что амулет очень скоро вернётся к тебе. Девочка моя, прости! Помирать мне скоро, так бы и не встретились они – я на улицу и то уже не выхожу. Потому и дала тебе носить, а то бы выкинули дети, как безделушку ненужную.

— А кто такие эти «они», которые должны встретиться? — Ната уже догадывалась, каким будет ответ, но на всякий случай всё же спросила.

— Амулет этот не простой, он с царей взыскует! — Регина Аскольдовна тяжело села в кресло. — Если к простому разбойнику попадёт, то ещё ничего, хоть и не будет уже удачи такому разбойнику. А вот если царёв воин завладеет неправедно – пробудится сила, и возьмёт душу злодея, и вернётся, приведя друзей, и будет искать вторую половину… — старушка декламировала нараспев, сидя с полузакрытыми глазами. — Наточка, а ведь так всё и случилось? — она неожиданно подмигнула.

— Да, — изумлённая девушка смогла лишь коротко выдохнуть. — А…

— А откуда я это знаю, ты хочешь спросить? Мать рассказала. А откуда она знала и как к ней самой попал этот амулет – того не знаю, уж прости! Брал он уже души злодеев, да только второй половины не находил, — вздохнула Регина Аскольдовна. — Так и умирали хранительницы – с одной половинкой.

— А если злодей не просто ограбил хранительницу амулета, а убил? — неожиданно вырвалось у Наты.

— Тогда хранителем становится тот, кто убил этого злодея?

— Да, именно так, — подтвердила старушка. — Постой! А с чего вдруг ты об этом спрашиваешь? Вы… нашли второй амулет? — она внимательно посмотрела девушке в глаза и сжала её руку с такой надеждой во взгляде, что той ничего не оставалось, кроме как молча кивнуть.

— Вас теперь четверо, — Регина Аскольдовна не спрашивала, а утверждала, и Ната снова кивнула. — Заклинаю, не спешите соединять их!

— А что будет, если соединить?

— Вот не знаю.

Но вряд ли что-то хорошее для злодеев! — улыбнулась старушка. — И всё равно – не торопитесь! Знаешь, почему я поняла, что вас четверо? Потому что мне, сама не помню откуда, известно ещё кое-что об этих амулетах: «Четверо да пожертвуют нами во спасение пятого».

* * *

Июньский вечер щекотал небольшую кухоньку ласковым теплом, разнося лёгким ветерком пряные запахи по всей квартире и приправляя лучами солнца нечто вкусное в духовке.