Щуки в море

— Трёх недель с начала года не прошло, а Никитишна эта не то что всех учеников достала – половина учителей от неё прячется уже! Просто с лестницы она полетела как раз после того, как надо мной на уроке издевалась.

— Post hoc ergo propter hoc[3]? — понимающе усмехнулась Даша.

— Вот-вот, так они всегда и рассуждают. А что, они же там власть, так что могут подозревать и обвинять кого хотят, и ничего им за это не будет!

— Только скорее уж не «кого хотят», а «кого удобнее», — уточнила фея.

— Ты для них, похоже, самая удобная жертва, вот и пристали. А что вы не поделили с этой Никитишной?

— Да её хлебом не корми – дай поиздеваться над кем-то, самоутвердиться за чужой счёт. Всем оценки режет и дураками обзывает, а сама-то! На каждом уроке ошибается!

— А тебе, я так понимаю, сказала какую-то эксклюзивную гадость?

— Ага. Орала, что никогда больше тройки не поставит и что меня скоро в бордель для извращенцев продадут, и там уж сделают покорной, а то волю взяла – Так Со Старшими Разговаривать[4], — последние слова девочка передразнивающе выделила.

— А я даже голос не повышала! И никому потом не рассказывала. Ну да, не жалко мне эту гадину, но чтобы бить или с лестницы спускать? Не хочу никому зла, вот честно.

— Н-да… — оскалился Алексей. — Если «орала», то это мог слышать кто угодно, а ведь среди учителей тоже нормальные люди бывают. Сучьи тётки! Мужика за такое выперли бы с волчьим билетом, да ещё и под статью могли бы подвести, а бабью всё с рук сходит!

— На сей раз, как видишь, не сошло.

Только не надо про учителей так плохо… то есть так хорошо думать, — ухмыльнулась Лена. — Каста же! Из-за ревности или ещё какого междусобойчика – да, могли бы так разобраться, но за соплячку какую-то, которых «вас много, а я одна», бить своего?

«И такое бывает, и даже среди медиков», — Даша отвернулась, чтобы девочка не видела её непроизвольной усмешки. А Лена подвела итог:

— Ну как, нужна вам такая фея? Будущая заключённая в колонии для малолеток и будущая шлюха в борделе для извращенцев?

— Да, нужна! — гневно вскинулась Лесная Сестра.

— Только не «нам», а – людям! И будущая пациентка психушки была нужна, и будущая многодетная «юдольщица», и будущая зашуганная «мать-одноночка» из бабьей ямы. А ты уже сейчас сильнее духом, чем любая из нас, и если станешь феей, то – великой! Решайся!

— Решайся! — поддержал и Алексей.