Щуки в море

* * *

— Документы!

— А? Щщас, командир… — нарочито мутно подняв голову, Артур коротким взглядом срисовал лицо подошедшего мента. Он самый, голубчик! Сержант Пахомцев собственной персоной. И, как и ожидалось, один. Руки тряслись от волнения, и расстегнуть куртку никак не получалось.

— Я долго ждать буду? — тычок «демократизатором» в бок.

— Щас, щас… Блин, забыл! — Артур старательно делал вид, что ищет паспорт, который между тем преспокойно лежал в куртке, тогда как в карман рубашки был небрежно засунут соблазнительно пухлый бумажник.

— Пройдёмте в отделение! — облизнул губы сержант.

Сработало! Но немного поупрямиться, безусловно, надо:

— Командир, ты чего? Никому ж не мешаю.

— Там разберёмся! Вставай, ну!..

Нет, зря всё-таки он не выпил как следует – предлагал же Виктор! Хоть бы ноги не так подкашивались от страха! А вдруг Пахомцев заметит, что он и не пьян ни хрена? Или Виктор струсит и смоется? Или сейчас к сержанту присоединится ещё пара ментов? Ему и с одним-то Пахомцевым в одиночку не справиться – бычара тот ещё.

Бежать? Догонит ведь, гад – очень уж плотоядно на бумажник облизывался…

Они как раз поравнялись с углом трансформаторной будки, и тут Артур самым натуральным образом упал. Имеет же право гражданин России споткнуться! Да ещё, как ни странно, не нарочно. Щас, командир, ты позлись пока, а мы встанем. Руку-то дай подняться, будь человеком! Лады, лады, мы население не гордое, сами ухватимся.

Вот так, за правую – ну зачем тебе автомат в сей торжественный момент, тебе о душе подумать надо! Что, трудно, не привык? Ну, мы не звери, несколько секунд любой сможет. Да-да, имеешь полное право прикладываться под рёбра ботинком, но известно же – не соблюдаются права человека в России! И что тебе, сердешный, страдать на грешной земле? В рай, в спецрай ваш садистский, там дубьём маши хоть всю вечность напролёт! Кого бить, спрашиваешь? Да неважно, друг друга хотя бы. Вот и баиньки… Блин, больно.

— Вот гад! Извини, не успел, — Виктор швырнул «розочку» на распростёртую бычью тушу, по причине коровьего бешенства не годившуюся даже на мясо. — Посвети, на меня кровь не попала?

Одноразовая зажигалка упорно не хотела гореть на ветру, но всё же друзьям удалось кое-как обсветиться. Виктор оказался в полной чистоте, а вот на волосы Артура шмякнулось несколько порядочных капель.