Куда приводят коты

– Йоу, народ! Гляньте, кто к нам идет!

Последнюю фразу речитативом изрек кот в серой толстовке, голова под красной бейсболкой и капюшоном. Лежит на первом полукольце трибун. Рядом торчит колонка, из динамика бьют низкие биты. Впрочем, делают это весьма ненавязчиво. В их ритме капюшон с кепкой покачиваются.

– Дай угадаю, – говорит кот, лежащий к нам хвостом в центре каменной арены. – Наша блудная рыжая легенда и ее стиратель.

– Хватит, Фараон, – с шутливой укоризной сказала девушка в очках, сидит на первом ряду, свесив ноги.

Спрыгнула на сцену. Книга на коленях захлопнулась, повисла в кулачке. Ботинки застучали, девушка идет к нам.

– Мы очень рады вам, ребята! Присоединяйтесь к нашему нескромному, чего уж там, но дружному коллективу.

Одета, в отличие от меня, под стать окружению. Шорты, жилетка, футболка цвета хаки, лямки рюкзака… Как археолог в походе.

У края сцены присела, оглянулась на своих.

– Ребята, знакомьтесь. Карри, наверное, вы знаете, а ее спутника зовут Риф. Он в перемире недавно, а в гостях у Сехмет и вовсе первый раз, будьте помягче.

– А мы разве знакомы? – адресовал я вопрос этой милой версии Лары Крофт.

Девушка вновь повернулась к нам, волосы сверкнули. Одна сторона головы стрижена под мальчика, другая, как половинка черной луны, закрывает лицо, виден только один глаз, запертый в оправу очков.

Улыбнулась.

– Не узнал, дружок?

Монолит черных локонов отвела назад, и я увидел, что от уха осталась лишь мочка. Раковины нет – только неровный огрызок.

Я вспомнил.

– Книжка!

Девушка улыбнулась шире.

Его владелица спрыгнула со сцены знакомой мне полосатой кошкой без кончика уха.

Последняя деталь привела меня в замешательство:

– А разве Сехмет не может вылечить…

– Она лечит только свежие раны, – пришла на помощь Карри.

– Ухо я отморозила, когда была еще обыкновенно уличной кошкой, – сказала Книжка, запрыгивая на горку песка рядом со мной.

Я порылся в памяти.

Вспомнилось, как мы говорили с Ластом на кухне в частном самолете. Крыс рассказывал, все жители перемира делятся на две категории – люди, научившиеся оборачиваться животными… и животные, которые могут превращаться в людей. Первых называют осенними, а вторых – весенними. Почему, не знаю. Так повелось. Это как правши и левши, с виду не понять, кто есть кто. Разница в происхождении.