Куда приводят коты

Не смог смириться с тем, что упустил убийцу своего отпрыска, и решил выместить злобу на вещах. На квартире живого места нет! У меня сжалось сердце, будто нашел изуродованного пытками зверя. Как когда-то нашел под мостом кошку. Или крысу под мусорным баком…

Ласт!

Он ведь остался в логове Леона! Смог ли сбежать? Я должен что-то предпринять, вызволить его…

– Ты откуда взялся, модник?

Испуг швырнул меня с кресла на пол, живот и когти вжались в линолеум, я во все глаза уставился вверх.

Разглядываю здоровенного серого кота… Хотя в темноте цвет определить трудно, серое все вокруг.

Котяра невозмутимо вылизывает длинную шерсть, разложившись на спинке кресла. Он больше меня раза в полтора. Как минимум. Настоящая зверюга!

Мейн-кун.

Пушистый хвост, на груди пышная грива, огромные уши с кисточками. Гибрид льва и рыси закончил слюнявить лапу, до меня царственно снизошли миндалевидные глаза.

– Как сюда попал, спрашиваю?

Я слегка расслабился.

Странно, но угрозу мое нутро не ощущает. Ленивый тон речи мейн-куна сообщил, что драться этот огромный хищник не намерен.

То ли нрав миролюбивый, то ли просто не видит во мне серьезного противника. Скорее, второе.

И все-таки спускать с него глаз пока не хочется.

Я поднялся и ответил:

– Через перемир.

Кисточки на ушах мейн-куна шевельнулись.

– Чего?

– Перемир, – повторил я.

– Это что, форточка такая?

У меня окончательно отлегло от сердца.

– Ну… вроде того.

Все ясно. Обычный кот. Ласт рассказывал, что далеко не все, кто ходит на четырех лапах, имеют отношение к перемиру.

Большинство животных – просто животные. И, как и положено животным, не умеют разговаривать. Хотя некоторые, вроде этого, умеют, но их словарный запас, как правило, ограничен. Перемир их не боится, можно совершенно спокойно превращаться, прыгать сквозь измерения и творить прочие чудеса у них на глазах. Могут, конечно, шарахнуться прочь или остолбенеть, но это проходит быстро. Ломать свои маленькие мозги поиском объяснений не станут. Забудут уже через пару секунд. А то и вовсе не обратят внимания.

Котяра зевнул, сверкнув капканом клыков с мясистыми деснами, затем мотнул головой и произнес:

– Слышь, модник, где тут можно пожрать, не в курсе?

– Очевидно, в холодильнике, – ответил я и посмотрел на то, что осталось от последнего. Вмятины, царапины, дверца висит на одной петле, шнур оборван… А внутрь лучше и вовсе не заглядывать. Чувствую запах испорченных продуктов.

– Да я там уже съел все, – говорит мейн-кун, – только шпроты остались.