Царевна-лягушка для герпетолога

То ли я ее так сжала, то ли вмешалась потусторонняя жуть. В глазах у меня потемнело, и я мешком осела на постель, возле которой все это время стояла.

Когда же я вновь обрела способность чувствовать и видеть, в окно лился солнечный свет позднего утра. Ваня громыхал сковородками на кухне, пытаясь пожарить яичницу.

– Совсем наши питомцы распоясались, – сообщил он мне, заботливо наливая чай и накладывая слегка подсушенную, но вполне съедобную глазунью. – Тигрис разнес по всем комнатам соль. А скотина питон забрался в аквариум и чуть не сожрал лягушку.

В последний момент ее из его пасти вырвал. Чуть швы не пришлось накладывать бедной.

Я чуть не подавилась яичницей и, отставив тарелку, поспешила к Ивану в комнату. Тигрис обиженно сидел на окне, с которого брат убрал остатки соли. Лягушка и ни в чем не повинный питон грустно сидели в своих аквариумах. Похоже, Василисины наговорные панкейки, помогли Ивану откликнуться на ее зов и проснуться. Но увидеть то, что происходило на самом деле, он не смог.

А что если это, наоборот, мне все пригрезилось? Случается же, что на фоне перегрузки студенты сходят с ума.

И в этот момент у брата зазвонил телефон.

Глава 4. Ловец снов и рубаха-исцельница

– Лева вернулся! – даже не прикрыв микрофон, с сияющей улыбкой сообщил Иван. – В гости набивается!

– Проси! – на судорожно сжатых челюстях спешно кивнула я и заметалась по кухне, проверяя имеющиеся на борту продукты, чтобы собрать для дорогого гостя какое-никакое угощение.

Мамины котлеты и борщ мы с Иваном доели, но в заморозке как раз на такой случай лежала куриная грудка, в холодильнике имелся резервный набор нарезки и сыра, а Ваня по моей просьбе только накануне принес пакет картошки и овощи.

– Вы извините, ребята, что пришлось вас стеснять, – с порога начал Левушка, бережно устраивая на обувной тумбе футляр с инструментом, стоившим как приличная иномарка. – Просто мои с дачи только вечером вернутся, а я в аэропорту обнаружил, что у меня нет ключей.

Вообще-то я должен был прилететь завтра, – продолжал он следом за гобоем занося небольшой чемодан и аккуратный портплед с концертным костюмом. – Но тут мне предложили стыковочный рейс с пересадкой в Цюрихе, а у мен еще после весенней поездки с оркестром Академии остался Шенген.

Я слушала старого друга с блаженной улыбкой облегчения на лице, хотя почему-то не верила ни единому его слову.