Маг особого назначения

Мажеровский с явной неохотой согласился, Эллина поднялась следом, но бывший маг умоляющим взглядом попросил её остаться. Эллина вернулась в кресло, и только взор, полный тоски, выдал, чего ей это стоило.

Азар отправился на кухню, «готовить угощение для дорогой гостьи». Эллина, не в силах спокойно сидеть на одном месте, встала и вышла на веранду. Немного подумав, я двинулся следом. Девушка встала, взгляд жемчужно-серых глаз, подернутых пеленой близких слез, заскользил по поверхности моря, следя, как волны одна за другой омывают пляж.

— Александру стало хуже? — тихо спросил я, видя, как она переживает. Эллина ответила не сразу, решая про себя, стоит ли говорить со мной на эту тему. Но изболевшаяся душа настоятельно потребовала выговориться, и Эллина неохотно ответила:

— Не то, чтобы хуже. Просто участились и усилились головные боли. Снадобье, оставленное Анной Карловной в прошлый раз, помогает все хуже. Саше совершенно нельзя нервничать, а тем более ворожить, а он в последнее время сам не свой, — девушка замолчала, на меня посмотрели глаза, полные тревоги.

— Однажды я застала его смотрящим в хрустальный шар, пожурила, а он только отшутился, мол, хрустальный шар – это не ворожба, а так, детские игрушки. А когда прошу его поберечься, он молча обнимет и целует, словно мы вот-вот расстанемся на веки вечные…

— Поэтому вы вызвали целительницу?

— Я не вызывала. У них с Сашей договоренность, она сама время от времени наносит визиты. Осматривает, консультирует его, оставляет необходимые снадобья.

Саша сам принимает их по мере надобности.

Понятно.

В этот момент на веранду с улыбкой, хоть и немного напряженной, вышел Мажеровский. Эллина метнулась к любимому.

— Что? Что она сказала?

— Все в порядке, — заверил Мажеровский, целуя девушку. — Для беспокойства повода нет.

Ну да, как говорил наш боцман: «Все нормально – тонем».

Эллина облегченно вздохнула и крепко прижалась к любимому, стремясь прикрыть его своим хрупким телом от всех бед.

— А где Анна Карловна? — нарушил я их идиллию вопросом.

А что делать, работа такая…

— Она в обратный путь собирается, — ответил Мажеровский. — Я просил её погостить, но она отказалась, говорит, пациенты ждут.

— Я провожу? — предложил я, направляясь к дверям.

— Это было бы замечательно, — расплылся в улыбке Мажеровский, по-своему поняв мое предложение. Но он зря улыбается, мой интерес весьма далек от проявлений такта и внимания.

Целительницу я перехватил у самых дверей.