Двери в полночь

— Что ж, могу только порадоваться, что нам с вами не по пути!

Его лицо скинуло с себя улыбку, как маску, и застыло тупой злобой.

— А ты не зарываешься, дет-точка? — произнес он тихо и в то же время очень четко. Я не могла поверить своим глазам: секунду назад он едва мог стоять на ногах, упираясь в автомат с кофе, а сейчас замер, чуть согнув ноги в коленях что, я уже знала, было боевой стойкой. Нападать на новобранца, на своего?! Он что, с ума сошел?!!

Я невольно сделала шаг назад, лихорадочно соображая, что делать.

За драку со своим же, по головке меня точно не погладят, пусть я даже буду канючить «Он первый начал!». Да что вообще тут происходит, почему боец позволяет себе напиться до невменяемого состояния и нападать на младшего?!

Тем временем, Джо, обнажив в гримасе искусственной радости желтоватые острые зубы, шел на меня. Я попыталась абстрагироваться от надвигающейся угрозы в лице чокнутого оборотня, и вспомнить как на тренировках Жанна заставляла меня превращаться по щелчку пальцев.

Вот она, опасность, пора применить навыки! Но ярость куда-то спряталась, осталось только удивление нелепости ситуации.

— Думаешь, если тебе начальство слюни подтирает и подгузники меняет, когда ты обосрешься со страха, так и все будут? — спросил он почти ласково.

Меня будто обдало кипятком. Тело вдруг стало горячим, и я почувствовала, как огненными струями бежит по нему кровь. Крылья рванули кожу, вспарывая одежду и вселяя в мое горящее от ярости Я ликующее ощущение мощи.

Краем уха я услышала звон разбитого и летящего вниз стекла — коридоры Института не были рассчитаны на превращение. Руки отяжелели и будто бы стали больше — натренированные многочисленными занятиями с Жанной, выступили когти. А теперь, взять себя в руки...

То, что кипело внутри меня, норовя выплеснуться наружу и разнести все вокруг, стало постепенно утихать. Немного, совсем чуть-чуть — и я почувствовала, как замерло в изменении тело. Я готова была дать отпор! Ну, в теории, конечно.

..

Однако все было совсем не так просто. Напротив меня, пригнувшись в преддверии прыжка и ощерившись плоской рыжей мордой, замерло нечто. Обнажившиеся в оскале желтые крепкие клыки явно могли разгрызть кость без особых трудов, а темные глаза дышали злобой. Шляпа валялась на полу у его ног, сбитая проросшей на голове щеткой рыжей шерсти. Голова оборотня была чуть согнута вниз, будто целясь мне сразу в горло, лапы с изогнутыми когтями протянуты вперед.