Ангел: Право выбора

Я тихо рассмеялся и покачал головой, спросил:

— Куда?

— За мной! — пропела она, изящно повела рукой в сторону ближайшей крыши и следом за рукой подалась всем телом, вливая в это движение разворот крыльев. Я улыбнулся — да, ей они принесли несравнимо больше радости. Мы приземлились перед первым рядом, она недовольно насупилась:

— Блин, половину пропустили.

— Так перемотай, проблема, что ли? — пожал плечами я.

— Очень смешно! — скривилась она. — Я так не умею, сам перематывай... это ты у нас ангел, а я так, крылатое привидение с моторчиком.

Я перемотал. Светка исчезла. Я с недоумением перемотал как было и опять её увидел.

— Куда пропал? — с удивлением изучала меня она. Так, попробуем иначе. Я взял её за руку и перещёлкнул время на минуту назад.

— Круто! — распахнула глаза она. — А можешь на десять утра? Я сегодня пропустила начало, так жалко. — Я пожал плечами и сделал. И почти сразу же в воду прыгнула первая партия пловцов. Светка принялась размахивать руками и рассказывать мне, которые из них наши, где наш тренер и какой он классный мужик.

Я кивал и делал вид, что слушаю. Она пищала, прыгала и болела изо всех сил, а я смотрел на неё и пытался понять, в чем причина её нежелания продолжать заниматься спортом. Она же здесь как рыба в воде, ей это нравится и у неё это получается, иначе её бы просто здесь не было — это Олимпиада, сюда бездарей не берут.

Ладно, если она не хочет рассказывать, я узнаю сам. Здесь десять утра, а я перемещусь в те краеугольные двенадцать, с которых начались её «бесконечные двадцать две минуты».

Я остановил время для Светы и перемотал для себя.

Часть 1,3

Двенадцать ровно. Светка разговаривает с мамой, на пустом сидении подружки стоит рюкзак. А сама подружка где? Ага, в раздевалке, капает в бутылку с минералкой какую-то фигню из баночки. И улыбка у неё очччень нехорошая... вот это подружка.

Я чуть ускорил время и пошёл за ней, пронаблюдал, как мама-тренер делает вид, что пьёт, потом как Света готовится выступать, как её объявляют... и всё замерло.

Двенадцать двадцать две. Я попытался опять запустить время — фиг. Назад — запросто, вперёд — нет. Ну и ладно, будем лазить тут. Встал и вразвалочку пошёл к коридору, по которому мы со Светкой уже ходили, обошёл в дверях встрёпанного мокрого парня, опять полюбовался той самой красивой китаянкой... Что делать? Сколько лет её жизни мне надо изучить, чтобы понять, в чём её проблема? Гавриил сказал, что тут всё просто.

Пока что ничего простого я тут не видел.