Наследство

– Ещё как возражаю! Категорически! Сунуться к ним всё равно, что голой задницей сесть на ежа! Или жопу засунуть в осиное гнездо! Не смей этого делать!!!

– Не кричи на меня.

– Приеду – уши оторву! Ты меня знаешь, Кора, у меня слово с делом ещё ни разу не расходилось. За шкирку оттуда выволоку! Как девчонку! За всю твою жизнь пальцем тебя не тронул, но тут отделаю так, что мигом забудешь всякую блажь. И можешь потом хоть в какие органы писать на меня доносы – мне всё равно. Ты туда не поедешь! Не поедешь – и точка!

– Эта «блажь», как ты её называешь, стоит миллионы фунтов стерлингов.

Может, хоть это его образумит?

– Ах, вот оно что? Миллионы, мать его, долбанных фунтов стерлингов! Тридцать, чтоб его, сребреников! – смачно выругался Джэй. – Деньги – изобретение дьявола. За большие суммы человек всегда расплачивается душой. Я прошу тебя, дочь. Я приказываю. Умоляю! Не встречайся с этими людьми. Не езди в проклятое поместье.

– То есть, ты хочешь, чтобы я отказалась от всего: земли, особняка, счетов, возможности встретиться с людьми, знавшими и любившими мою маму? Отказаться от возможности узнать о её прошлом? Даже о том, как и почему она погибла? Ты ведь никогда ничего толком так мне и не рассказывал.

– Потому, что хотел уберечь.

– Папа, я люблю тебя, очень люблю. Но твои приказы противопоставлены здравому смыслу.

– Корина, ны не должна ехать. Дочка! Просто поверь своему старику на слово.

– Не могу я не поехать, даже если бы и захотела. А я – не хочу! Я подписала контракт и должна соблюдать условия.

И если у тебя нет аргументов поважней, чем просто «поверь мне», давай уже поставим на этом точку?

– Доченька, дорогая, я не могу тебе рассказать всего. Если попробую, ты сочтёшь меня старым маразматиком, выжившим из ума. Но очень тебя прошу – не езди! Ты в опасности! Ты в страшной опасности. Я совершил ошибку, что не рассказал тебе всего. Поверил, что раз столько лет всё было тихо, то буря уже не грянет…

– Я поеду. Это решено и не обсуждается.

Глава 6. Дорога

Несмотря на усталость Корина никак не могла заснуть, слишком огорчённая, взбудораженная и взволнованная разговором с отцом.

Когда же сон всё-таки пришёл, он промелькнул быстро, как тень от крыльев птицы – вроде было, но слишком мимолётно и быстро.

Её разбудил монотонный крик будильника из мобильного.

Будучи классической совой, вынужденной вести жизнь жаворонка, Корина встречала утро без особой радости. Если утро начиналось в шесть. Совсем другое дело, если это случалось в девять.