Наследство

Но сложнее всего справляться с мужчиной, – наставительным тоном проговорила Сибил, выпуская в синее безоблачное небо облачко сигаретного дыма.

Её ярко-красная помада оставила заметный след на белом ободке сигарет:

– Как в любой дрессировке, моя милая, повторяемость действий закрепляет результат. А мужчина животное норовистое. То и дело норовящее отбиться от рук. Поэтому, если не заставлять его всё время прыгать с тумбы на тумбу, он разленится, вообразит себя царём зверей и кому от этого станет лучше?

– Мужчине? – рискнула предположить Кора, невольно ёжась от прохладного ветерка, дующего из тени.

– Джесси, принесите мисс Коре плед, – бросила небрежно Сибил. И продолжала, как ни в чём небывало. – Никому, моя милая! Никому. Большинство не умеют выживать на свободе. Норовит потерять от неё голову. Поэтому – рамки наше всё.

– Спасибо за науку. Постараюсь запомнить. Вот только не уверена, что соблюдение старомодных правил здесь поможет.

– Ещё как поможет. В случае с Коулом без них и вовсе никуда.

– Дамы! Я ещё здесь. Можно не говорить обо мне в третьем лице?

Оседлав стул самым неприличным образом, причём развернув его спинкой к собеседницам, Коул принялся раскачиваться на передних ножках.

– Прекрати, – велела ему тётушка.

Но в ответ получила лишь белозубую улыбку.

– Терпеть не могу чай с молоком, хоть это и старая английская традиция. Убери это, Этель Подай другую чашку. Просто положи лимон.

– А мне пожалуйста, хозяюшка, всё – и сразу! – засмеялся Коул.

– Коул! – одёрнула его Сибил.

Но от только хмыкнул, вновь принимаясь раскачиваться на стуле. Демонстрируя при этом своё поджарое, длинноногое тело. Идеальная машина для… для чего, кстати?

– Корнелия приехала только вчера вечером. Причём, поздно вечером, – сказала Сибилл.

Вновь отвечая за Кору.

– Как вам здесь понравилось? – продолжался допрос.

– Вряд ли она толком успела что-то разглядеть.

Это начинало раздражать. В конце концов, Кора не русалочка, потерявшая голос.

– Комнату, в которую меня поселили, я рассмотреть успела.

– А куда вас поместили? – спросила Коул.

– Туда, где раньше помещали вас.

– Правда? Просто отлично! Терпеть не мог эти мрачные стены. А обои в цветочек? Сущий кошмар.

– Ты ещё вспомнишь их добрым словом, когда увидишь, где тебе придётся жить теперь, – растянула губы в зловещей улыбке Сибилл.