Петербургский дракон

Да и как остановить ментальный марафон, если даже обезглавленный дракон играет в шарады. Если даже мертвый дракон продолжает соображать и прикидывать, что показать, а что утаить?

Юноша вышел из Таврического сада с еще более понурым видом. Сейчас он считал себя самым глупым и неправильным драконом на свете. Наконец ему пришла спасительная мысль: «Почему я так переживаю? Я ни в чем не виноват!» Феникс обрадовался такому простому решению, по-мальчишески широко улыбнулся и бодро зашагал по Фурштатской улице.

Девушку он увидел издалека.

*****

Глава 9. Незнакомка у Михайловского замка

Она шла по Пантелеймоновскому мосту в сторону Летнего сада. Стройная, с длинными светлыми волосами, одетая в голубое пальто.

«Это она, — молнией пронеслось у него в сознании. — Та самая». Он понял это настолько неожиданно и так отчетливо, что сам в изумлении остановился, провожая ее взглядом. Он представления не имел, что все окажется так просто. Вот она, идет впереди, правильная девушка для дракона. Нужно убедиться только в одном.

Феникс на мигающий желтый перебежал набережную Фонтанки и большими, прыгающими шагами догнал незнакомку. Проходя мимо, с любопытством оглядел. «Красивая», — с волнительной радостью подумал он. Затем в каком-то необычном, ликующем возбуждении быстро дошел, почти добежал до следующего моста и оглянулся.

Девушка стояла на набережной Мойки, рядом с уличным художником. Сутулый мужчина с клочковатой бородой торопливо писал акварелью промокший Летний сад. Он с тревогой посматривал на серо-лиловые тучи, надеясь закончить эскиз до того, как хлынет дождь.

Она держалась за перила чугунной ограды и задумчиво смотрела в другую сторону — на темную воду Мойки и на Михайловский замок, возвышающийся за ней.

В этот момент низкое осеннее солнце наконец вырвалось на свободу, брызнув во все стороны яркими ломанными лучами. Теплый свет окатил мокрые крыши и фасады домов, гранитные набережные, решетки оград, водную гладь, мосты, дороги, машины, людей. Все вокруг моментально изменилось, заблестело, заискрилось.

Феникс увидел совсем другой город, прекрасный сам по себе и волшебный в своем превращении. Поменялся цвет домов и опавших листьев. Иными стали лица людей.

Феникс пошел обратно, широко улыбаясь городу, солнцу, своему радостному настроению. Он приблизился к девушке и негромко сказал:

— Я в Петербурге уже неделю и в первый раз увидел солнце.

Она рассеянно посмотрела на молодого человека, но ничего не ответила.