Петербургский дракон

— Есть легенда, что блаженная Ксения Петербургская предсказала Павлу скорую смерть. Она сказала, что жить ему столько лет, сколько букв в надписи над Воскресенскими воротами, где сорок семь символов. Так и получилось. Мы с вами увидим и прочитаем эту надпись с другой стороны замка.

— Почему дворец называют замком? — поинтересовалась бодрая пожилая женщина с маленьким розовым рюкзачком за плечами.

— Павел I был великим магистром Мальтийского ордена и все дворцы называл «замками». А свое название дворец получил в честь Архангела Михаила, покровителя дома Романовых.

Вон там, справа, — махнула она зонтом, — под шпилем замка в выступе со стороны Садовой улицы расположена церковь Архангела Михаила. Но на потолке церкви находятся не портреты святых, а всевидящее око — известный масонский символ. Есть легенда, что в подвалах Михайловского замка зарыт сундук мальтийских рыцарей и у того, кто его найдет, появится дар прорицания. Пойдемте. Мы сейчас обойдем здание, и вы увидите, что это действительно замок, окруженный водой.

Группа туристов удалилась, а незнакомка и Феникс остались стоять у чугунной ограды. Солнце скрылось. С запада наползали черные тучи. Внизу колыхались темные воды Мойки. В этом месте речка вытекала из Фонтанки под прямым углом и дальше петляла по городу.

— В Петербурге очень много воды. Это хорошо, — сказала девушка.

Незнакомка посмотрела на Феникса уже совсем другими, ясными голубыми глазами и улыбнулась. «Да, это, несомненно, она, я в этом совершенно уверен», — с удовольствием заключил молодой дракон.

— Ерунда это все, — вдруг сердито сказал художник.

Девушка вздрогнула и испуганно попятилась от него. Феникс, наоборот, шагнул вперед. Он был готов защищать свою добычу. Художник взглянул на них и скривился.

— Я в Михайловском замке бывал много раз. Когда учился, да и сейчас частенько захожу. Знакомые у меня там работают. Никто привидений не видел. Знающие люди считают, что все эти байки придумали кадеты, чтобы младших пугать. Там ведь потом Николаевское инженерное училище размещалось.

И про Ксению Петербургскую неправда. До смерти императора об этом никто не говорил, ни о каком пророчестве. И умер он не в сорок семь, а в сорок шесть лет. Все эти легенды про сакральные цифры — замануха для туристов.

— Нужно было строить замок в другом месте. Это неподходящее, — сказала девушка.

— Почему это? — удивился художник. — Место для замка отличное.

— Умер там, где родился. Поэтому и бродит по замку, — сказала девушка.