Петербургский дракон

Вагус хохотнул.

— Есть противную на вид пищу очень вредно. Это точно, — подтвердил он. — Добавлю, что ненависть подрывает нервную систему и нарушает сон, а врагам не приносит вреда. Противники должны стимулировать разум. Наверняка есть простой способ разговорить Туриста.

— Предложи. Попробуем, — раздраженно сказал Гурий.

— Я лекарь, а не палач. Вот сейчас лечу убийцу дракона. Все с ног на голову перевернулось. Мой отец, Асклепий Морган, не одобрил бы это. Нужно вспомнить опыт предков, — неопределенно ответил Вагус.

— Опыт предков, говоришь… Мой отец давно бы спалил негодяя, — буркнул Гурий.

— И правильно бы сделал! — воскликнул Булат.

— Об этом я и говорю, — подтвердил Вагус.

Гурий понимал, что от него, как от главного стражника Скрытого Трехгорья, ждут четких и продуманных решений. Его бездействие все больше раздражало драконов. Напряжение достигло пика во время похорон петербургского казначея Арона Флоринса.

В конце дня все драконы собрались на Могильном озере. Оно находилось у западного подножия Пифона и представляло собой глубокую воронку почти круглой формы с каменистыми берегами без какой-либо растительности.

Близкие и друзья Арона расположились на Поклонном утесе, входящем в воду широким пирсом. На его краю стоял главный казначей Люксус Флоринс, родной дядя убитого дракона. За ним — казначей сибирского совета Капитон Гобиус, лучший друг Арона. Еще дальше — стражник Булат Арабей. Кроме дяди, родственников у Арона не было. Его отец умер год назад.

Все остальные драконы расположились на высоком каменистом берегу Могильного озера.

Их собралось достаточно много. На похороны приполз даже старейший уральский дракон Белый Олган, который жил отшельником в лесной пещере у Плоских гор и многие годы не показывался в Скрытом Трехгорье.

В темнеющем небе возникли три птицы, окруженные сиянием. Они двигались с востока, летели медленно, плавно, широко расправив блестящие крылья. У них были женские лица дивной красоты. С нежным дуновением теплого ветра, обдавшем драконов запахом цветов и весны, Девы-птицы грациозно опустились на Печальный утес, который возвышался черной скалой напротив Поклонного.

Их не приглашали, но ждали. Волшебные птицы знали все о всех существах на земле, но по какой-то причине выделяли смерть драконов среди множества других событий. Они всегда прилетали к Мертвому озеру проститься с каждым из них.

Девы-птицы стали громко, на разный лад, переговариваться и перекрикивать друг друга, проверяя голоса.