Петербургский дракон

— Если встретишь кого, хоть и не должен, применяй драконий гипноз, — подсказал напоследок советник Амадиус.

Феникс отлично выглядел в полетном костюме. Мягкая кожа гигантского уральского полоза красивого красноватого отлива плотно обтягивала стройную фигуру юноши, выгодно подчеркивая широкие плечи, высокий рост, развитые мышцы рук и ног.

Молодой дракон слушал напутствия, а сам украдкой поглядывал на Жутяшу. Девочка стояла в сторонке и исподлобья, прищурив глаза, упорно смотрела на него. Что ей нужно? Феникс оглядел свой костюм, поправил пояс, но никакого непорядка в обмундировании не обнаружил.

На всякий случай протер лицо рукой, пригладил волосы. Когда все отправились к Взлетной башне, к нему подошли молодые оборотни.

— Похоже, она на тебя запала, — недобро усмехнулся Клим.

— Если ты ее обидишь, мы тебе голову откусим, — сказал Влас.

Они знали, что случается с женами драконов. И не собирались отдавать ему свою сестру.

— Она ребенок. У меня девушка есть, — миролюбиво шепнул им Феникс. — Только не говорите никому.

Клим кивнул. Ему понравилось, что дракон доверил им тайну. А Феникс сразу представил Лилю. Мысли о девушке не давали ему покоя.

— Нужно с Жутяшей поговорить. Что она так пялится? — сказал Клим брату.

— Можно подумать, она тебе расскажет, — усмехнулся Влас.

Ему и так все было ясно. Феникс — парень видный. Девчонка взаперти живет, таких только в фильмах видела. Вот и втюрилась.

— Вовсе нет. Я не собираюсь влюбляться в дракона, — сказала девочка.

Влас вздрогнул. Он не слышал, как она подошла.

Обернулся к ней, ожидая объяснений. Неужто научилась читать мысли других? Только этого не хватало. Да нет, скорее всего, совпадение или просто подслушала разговор. Жутяша плотно сжала губы, давая понять, что больше не вымолвит ни слова, и продолжила смотреть на Феникса, который уже стоял на платформе Взлетной карусели.

— Держись вот за этот рычаг, а то на ускорении выбьет с площадки, — подсказал Фрол.

Все прошло без сучка и задоринки. Феникс с наслаждением оказался в драконьей шкуре.

Было здорово почувствовать мощь звериного тела и радость полета. Он рыкнул огнем, не удержался от юношеской шалости и сделал кульбит, а потом и бочку. Левон погрозил ему кулаком единственной руки. Феникс оскалил пасть в ответ и стрелой унесся в темноту.

Драконы всегда для полета выбирали темное время суток. В ноябрьском Петербурге с этим не было проблем. Световой день продолжался не более восьми часов, а сумерки наступали сразу после обеда.