Джинны поневоле

В случае невыполнения желания к сроку заключения прибавляется один год. Я, Черный Мент галактики Млечный путь приговорил этих граждан к работе на благо других людей планеты Земля. Хау, я сказал!

Закончив изрекать, фигура начала делать пассы руками, от которых в разные стороны исходил белый свет и запах нафталина. Замершие фигуры пришли в неестественное движение - оторвавшись от пола, они поплыли по воздуху друг к другу и вдруг, в какие-то доли секунды, преодолели сантиметры и стремительно уменьшились в точке сближения.

С металлическим звоном на пол упала статуэтка, изображающая четверых прижавшихся друг к другу человек и одного кота с выпученными глазами.

Черный Мент нагнулся и поднял ее с полу.

- Так-то, - сказал он назидательно.

Первое желание, или Труп.

Пивко оказалось хорошим. Его можно было смаковать целую вечность, до самого дна бутылки. В нагрудном кармане лежали заветные, только сегодня полученные водительские права, любовно упакованные в пластик. Дима Голубев всем-всем улыбался, ведь в его голове все еще мелькали картины поездки с инспектором и его каверзные вопросы, вгонявший Диму то в жар, то в холод, но в итоге оказавшиеся не такими уж страшными.

И, разумеется, старинный, освященный временем обычай "обмывания" прав исключал возможность езды на папиной "Волге", которая сейчас отдыхала в пропахшем бензином гараже.

Встречные девушки улыбались в ответ, и каждая казалась изумительно красивой. Настроение Димы улучшилось до небес. Майская ночь осторожно входила в город, сиреневые сумерки, почуяв приближение хозяйки, медленно выползали из подъездов и подвалов.

Димина тень удлинилась, и принялась скакать по стенам, достигая вторых этажей и бессовестно заглядывать в окна, где зажигались первые вечерние лампочки.

Дима, глубоко вдыхая вечерний воздух, свернул на узкую улочку, скорее даже переулок, где спали чужие автомобили. Шаги его зазвучали громко и одиноко.

Услышав шум перегретых моторов, Дима насторожился. И тут в переулок залетел крутейший белый "Мерс".

Навороченная тачка притормозила, взвизгнув шинами, и, через приоткрывшуюся дверцу на фиолетовый асфальт выпал человек. Автомобиль немедленно замуровался назад и унесся в неведомые дали, а оторопевший Дима, рассеянно пытаясь собраться с мыслями, приблизился к человеку. И, склонившись над ним, мгновенно понял - этот человек мертв. И, судя по всему, уже давно.

Нет, на то, чтобы щупать пульс у всяких случайных покойников, Дима не подписывался, увольте.