Последний Орден Инквизиции

Мама это услышала. Думала всякое. Так я попала к психотерапевту, а мне было только четырнадцать и я совсем не знала, как лучше притворяться нормальной, чтобы не поймали. С клептоманией… сам понимаешь, трудно объяснить почему мне нужен обломок брошки бабушки какой-либо знакомой родственницы. Я не могу сказать про энергии, про то, что амулет из этого обломка будет невероятно сильным. Проще украсть, прикрыв всё клептоманией.

— Не ты первая, — философски заметил Марк, расстилая свою кровать, — плюс нашего агентства: тебе нет нужды скрываться.

Мы все друг о друге знаем, можем подсказать и посоветовать много чего полезного. Тот же Вейс — наш шаман. Он, конечно, своеобразный. Уже два года его никто не видел, он предпочитает занимать тела животных…

— Ого, шаманы и такое могут?! — воскликнула Чарли, округлившимися от восхищения глазами.

«Парить орлом. Плавать рыбкой. Бежать вперёд сайгаком!»

— Шаманы много могли раньше, сейчас тоже немало, — улыбнулся он, раскладывая на столе бумаги и тонкий ноутбук, — приедем в офис, поспрашиваешь.

Тебя многому научат. Глядишь, через год уже будешь спецом с собственной группой.

— Из меня лидер… — фыркнула Чарли и, не удержавшись, спросила: — а что могут мистики? Кто вы вообще?

— Мы почти не отличаемся от людей, — пожал плечами агент, — нас обнаружить почти невозможно. Особенность такая. Если всем Иным дарованы какие-то активные силы и сверхвосприимчивость, то мы наоборот — толстокожие, как слоны. На нас не действует магия ведьм, чернокнижников или ритуалы шаманов.

Нас не могут подавить инквизиторы. Мы можем не бояться одержимости демонами. Но интуиция и рефлексы у нас более выраженные, чем у обычного человека. Так что да, прирождённые следаки!

— Интересно.

— Вам магия даёт силу, а нам защиту, — Марк сел за стол и включил ноутбук. Опомнившись, он повернулся к девушке. — Ты не против, что я…?

— Я присмотрю за усыпальницей, так что до утра не жди! — хмыкнула Чарли, стягивая с кровати покрывало. Физическому телу нужен комфорт.

— Береги себя!

— Обязательно. Доброй ночи.

Освещая себе путь фонариком, шаманка без происшествий добралась до разрушенной усыпальницы. Свёрнутый плед стал подобием подушки для сидения и медитаций. Пустой ночной храм пугал намного меньше, чем при свете дня. Угрюмых греческих профилей не было видно, а приятная вибрация, исходящая от них, настраивала на нужный лад.

Удобная поза по-турецки. Руки сложены лодочкой. Голова сонно опускается на руки.

Глубокий вдох.