Ищейки: Часть I

Беспокоила мысль, как там Тэфе и девочки, болела голова, было страшно от того, что где-то на свободе бродит сумасшедший, способный подчинять себе людей.

Скрипнула дверь.

- Жить будет? – с порога спросил Йон у Эреха и тут же повернулся к раненому. – Прости, парень, но выбора у меня не было. Или ранить одного, или положить всех, когда вы бы бросились защищать вашего нового хозяина.

Прошелся по комнате, перевернул и поставил на место опрокинутый в драке стол и разбросанные по комнате стулья. Стащил с себя пиджак и сорочку, уселся верхом на один из них.

Эрех, выпроводив охромевшего и перевязанного бандита, поднял специально для него хранившийся в этом доме врачебный чемоданчик и переместился поближе к сыщику. Глянул на открывшийся пейзаж и замер.

- Да уж, док, если б я знал, что ты притащишь мне такую проблему, я б двенадцать раз подумал, прежде чем согласиться. Пятьсот лян напополам уже не кажутся мне достаточной суммой. Давненько я не видел отрекшегося чтеца! Думал, что… Эй, мелкий, ты чего замер-то?

Эрех застыл столбом и неотрывно смотрел на сыщицкую спину, широкую, жилистую, с которой скалилась татуированная собачья морда.

Пять шрамов, неровных и давно побелевших, пересекала ее сверху вниз, от шеи к крестцу, словно чья-то гигантская когтистая лапа рассекла кожу, пытаясь сорвать рисунок.

Рейке обернулся, взглянул.

- Понятно, - усмехнулся. – И как? Красиво? Или страшно?

Эрех поймал себя на том, что пятится и невероятным усилием воли замер на месте.

- Да-да, это оно. Департамент безопасности короны, первый отдел.

Личная королевская псарня, - сыщик повел плечами, на спине, следуя движениям, наморщил оскаленную морду Горо Псоглавец. – Что ты замер, как девица малая, док, если уж взялся штопать, штопай.

Целитель завороженно кивнул, дрожащими руками стал заправлять шелковую нить в иглу.

- Э, не бойся ты так, мелкий, - Йон Рейке продолжал говорить как ни в чем не бывало. - Здесь больше нет правосудия. Было, да все вышло. Хотя забавно, э? Святой и мы. Поневоле поверишь…

Он не договорил.

Эрех наконец вдел нитку в иглу, сел на пол, стянул края раны пальцами. Тут, конечно, не сложно было бы просто исцелить, но из головы все не шли персиковые деревья посреди Чистого Сердца. Повторять не хотелось.

- Поверишь во что? – нарочито твердым голосом спросил он, возвращаясь к разговору с Йоном.

Реагировать так кого-то, кто был, пусть и давно, таким же как он – избранным сосудом божественной сущности, невежливо. Даже если отрекшимся сосудом.