Золото колдуна

— Петро, а ты много мулаток знаешь? Нет? Ну и с чего ты взял, что они суперлюбовницы и все парни капают слюной на мулаток?

— Настя, пошли подышим воздухом, а мальчики пока обсудят письки и сиськи, — непринуждённо предложила Надия. — А то мы их, кажется, смущаем.

— А по-моему — мы их нисколько не смущаем, — с улыбкой ответила Настя. — Сейчас начнут хвастаться, у кого сколько тёлок было…

— Ладно, всё, убили эту тему, — сказал Родион. — Что думаете насчёт сегодняшней добычи?

— Если честно — мелочёвка, — вздохнула Надия.

— Так, для личной коллекции — сойдёт. А если ты надеешься продать это, то имей в виду — на остров с мулатками-трансвеститами не хватит. Даже всё вместе, считая с моей вилкой.

— Мулатки и трансвеститы — это не по моей части, — ответил Родион. — Это ты вон Петеньку подкалывай, у него какие-то мутные фантазии… Ну чё, будем завтра искать золото. Что-то мне подсказывает, оно тут есть.

— Чуйка воровская? — спросила Настя.

— На-астенька! Откуда такие слова?!. Вроде приличная девушка, а иногда как ляпнешь — как в… — Родион затормозил в шаге от знаменитой лужи.

— Я не «вроде», а в высшей степени приличная девушка! — нравоучительно заметила Настя. — Помни об этом, пожалуйста! Просто приличная девушка много читает и много знает.

— Понял, виноват, исправлюсь, — с покаянным видом ответил Родион.

— То-то же!

— Кстати, если повезёт, можно и на мелких монетках неплохо заработать, — заговорил Пётр. — Тот парень, который дал мне этот металлоискатель, рассказывал: его приятель как-то нашёл монету, а это оказалась нумизматическая редкость — рубль Иоанна Антоновича, императора-младенца.

Их ведь почти не осталось! Когда Елизавета, дочь Петра Первого, свергла Иоанна и его мать-регентшу, она велела уничтожить все монеты, которые к тому времени были начеканены.

— Не понял… Как это — «уничтожить все монеты»? Вообще все? — удивился Родион. — Что, страна вернулась к натуральному обмену?

— А… тьфу ты, оговорился. Я имею в виду — все монеты, отчеканенные в правление Иоанна Антоновича, на которых был его профиль.

Все пошли в переплавку. Чтобы следа не было, чтобы ничего о нём не напоминало. Все его указы, то есть выпущенные от его имени, переименовали задним числом. А бедолажный царёнок Иванушка всю жизнь провёл в тюрьме, пока его не зарезали. — И Петя пересказал историю неудачного мятежа подпоручика Мировича, в результате которого низложенный император был убит приставленными к нему надзирателями.