Золото колдуна

— Ишь, как взреготали, ненасытные! А у них ведь елдаки-те каменные! Каково девицам нежным будет каждую ночь под козлищами такими? С этим смердом, что с вами пришёл, котята мои поиграют! — Каменные львы дружно рявкнули. — Может, к петушьему крику от него мокрое место и останется. А может, и нет. А на следующую ночку — всё сызнова. А ты, невежа, будешь цел и невредим оставаться. И будешь ты каждую ночь смотреть, как дружка твоего низкородного львёнки рвут, кишки разматывают. Как волочаек ваших сатиры терзают.

Будешь слушать, как они тебя проклинают за то, что ты их на такую муку обрёк. И захочешь ты умереть, чтобы не видеть и не слышать сего, но не сможешь — не позволю тебе! И так не ночь, не две — вечно пребудет! Не передумал, щенок предерзкий? А то давай — сей же час растопят вам золото в котле, да и нырнёте, и дело с концом.

— Мы будем биться, — сказал Родион.

— Подай ему палаш! — гаркнул Руднев офицеру. Тот неуклюже, как неживой — («он и есть неживой, дубина!» — пробубнил кто-то в родионовой голове) — вытащил клинок из ножен и протянул Родиону.

«Нормально. Я думал, тяжелее будет. Ничего, удержу»…

— Петро, подержи ружьё, — спокойно сказал Родион, будто не предстоял ему поединок, проигрыш в котором будет хуже смерти. Вспомнив, как старинные дуэлянты использовали плащ, он снял куртку и обмотал её вокруг левой руки.

Противники стали друг напротив друга.

— Дай знак, о владыка Олимпа! — крикнул Руднев.

Мраморный Зевс снова воздел и опустил руку.

— БЕЙТЕСЬ! — гаркнул он.

То, что началось потом, Родион помнил смутно. Он когда-то пробовал драться на текстолитовых мечах с толкинутыми друзьями. Бывало, они повторяли запомнившиеся схватки из фильмов… Здесь не было ничего подобного. Чёртов упырь раз за разом выбрасывал вперёд свой клинок, точно таран. Родион, забыв все подсмотренные фехтовальные приёмы, не пытался ни атаковать, ни защищаться по правилам, а просто лупил со всей дури своим палашом по рудневскому клинку, точно палкой. Толку было немного.

Руднев раз за разом заставлял его пятиться, несколько раз, забавляясь своим мастерством и беспомощностью противника, кончиком шпаги рвал на нём одежду. Так, развлекаясь, он прогнал Родиона вокруг всей поляны. А потом ему наскучила игра, и Родион с ужасающей ясностью увидел, как шпага в руках мертвяка превращается в змею и тугими кольцами обвивает лезвие палаша. В следующее мгновение чудовищная сила выворотила у него рукоять, едва не вывихнув кисть.