Конь Медный

Абсолютно всё в этой истории — и этот муж-рогоносец, и эта дура, и ты со своим кудахтаньем! Знаешь, если я и испытывала к нему какие-то чувства — то ровно до этого дня! Как ни странно — но вся эта история с изменой на меня подействовала отрезвляюще.

И тут я прямо кожей ощутила секундное замешательство Мэкки. Он выдохнул с облегчением и заржал.

- Проехали, Графиня.

* * *

Ярик удрал из больницы не долечившись. Шеф, который пострадал несколько сильнее его, не утратил надежды получить за уведённую кобылу деньги, и доверил Ярику это трудное и щекотливое дело.

Но, видимо, поняв, что с нас взятки гладки, он решил получить деньги с хозяев кобылы, которые всё ещё торчали в Москве. Вот Ярик и умотал туда. Мэкки, узнав об этом, только хмыкнул.

А к намзачастил Жан. Он завёл моду подкарауливать меня то после занятий возле конюшни, то по дороге на конюшню и тогда он или ждал, пока я закончу вести смену, или, если мы сами ездили, то седлал лошадь — обычно это были или Серая, или Искра, или Злодейка, которая с ним становилась просто шёлковой, и ездил с нами.

А ещё, после наших походов на барахолки на Сенной и Удельной, он повадился таскать меня с собой. Просто говорил иногда после занятий:

- Давай прогуляемся.

И мы ехали на электричке до Балтийского, а потом или на метро до центра, или шли пешком, причём идти приходилось какими-то дворами, закоулками и задворками. Иногда Жан заходил куда-то и мне приходилось ждать его — бывало и подолгу, в каких-то парадных, сидя на подоконнике, или прямо на ступенях.

В квартиры меня почему-то не приглашали. Вот тоже мне — кавалер! Парадняки были все, как один, загаженные, на лестничных клетках валялись бутылки из-под спирта «Рояль» - его продавали в каждом киоске и использованные одноразовые шприцы. Меня жуть брала от одной мысли о тех, кто обитал в этих домах. Собственно, походы на барахолки, коих в городе в то время развелось великое множество, чередовались с тасканиями по параднякам и копанием в помойках. Наконец я взбунтовалась.

- Если ты думаешь, что мне доставляет удовольствие мотаться по этим задворкам, то ты глубоко ошибаешься! Ты с таким же успехом можешь и один тут валандаться!

Мы как раз стояли посреди какого-то очередного тёмного и вонючего двора-колодца где-то на Красноармейских улицах и Жан увлечённо рылся в помойке с помощью длинной лыжной палки с приделанным на конце крючком, абсолютно не смущаясь и не испытывая брезгливости.