Сияй, Бореалис! Армейские байки

Я не позволю к себе так относиться, пусть я и какая-то барьерщица.

            – Никогда не произноси имен, которых не знаешь в таком пренебрежительном контексте, – ответил только напарник.

            Он был серьёзен.

            У вокзала их поджидал чёрный, отполированный до блеска автомобиль, который едва вписывался в унылую суетную картину придорожных будней – казалось, его можно было вырезать оттуда, как картинку из журнала и отделить от всего мира.

Снегопад унялся, воздух будто замер, а выпавший снег быстро превратился в стоптанный грязный пласт, отпечатавший на себе сотни ботинок. Любезный шофёр в выглаженной форме помог погрузить вещи в багажник и вернулся за руль. 

            Лирет, усевшись, опустила скрипичный футляр под ноги. На одежде держался мороз, смешавшийся с запахом кожаных сидений. Седой, откинувшись назад, развалился рядом как после долгой прогулки. Он глубоко выдохнул, будто бы до этого держался под водой.

            – Больше не могу, – сказал он, отдышавшись.

            – Что не можешь? – изогнула бровь Лирет.

            – Сдерживать прану.

            В салоне заколол воздух, неприятно застревавший в лёгких. Шофёр, морщась, глянул на заднее сидение

            – Уж извините, но и у большой силы есть свои минусы, – развёл руками парень.

– Это скоро пройдёт, так что не обращайте внимания.

            Автомобиль плавно тронулся, и вокзал за окном поплыл прочь. Шум дороги оставался где-то снаружи и уносился с рассыпчатым снегом под колёсами. Откуда-то извне доносилась спокойная музыка – такая обычно играет в лифтах дорогих отелей или в торговых центрах. Закрывая глаза, можно было запросто позабыть, что сейчас тело находится на сиденье автомобиля.

            – А ты не говорил, что умеешь подавлять эту штуку, – заметила Лирет. – Так твоя прана постоянно источает – почему, кстати?

            Седой неохотно приоткрыл глаз.

            – Это совсем неудобно. Ни для тебя, ни для окружающих, – продолжала та. – С этим нельзя ничего поделать?

            – Это защита, – ответил парень.