Дремучий случай

Я глянул на Мохова, который уже перестал скулить и отполз еще немного в сторону, подальше в угол. Вопрос теперь в том, что с ними делать.

— И что теперь? — словно прочел мои мысли Березин, укладывая связанного Сазана на пол. — Куда их? Не убивать же…

— Было бы неплохо, — отозвался я. — Если удостовериться, что никто не слышал выстрел…

— Нет тела — нет дела? — выгнул бровь физик. — Ну уж нет. Пусть их судят и садят. Не будем мараться. Их ждет обвинение в убийстве, похищении, покушении на убийство и незаконном хранении оружия.

С них хватит… — Он помолчал немного. — Сам бы убил, да мне еще сына растить. Еще нас посадят из-за… из-за этих, — он не стал выражаться при сынишке.

Я вздохнул. В чем-то он прав, и тут не мне качать права, меня, между прочим, и так уже ищут.

— Ну что, вызываем полицию? — спросил Дима.

— Только Рома пусть уйдет сначала, — посоветовал Алексей Дмитриевич, опять взяв сына на руки. — Иначе не обойтись без лишних проблем.

Я спорить не стал.

За решетку мне не хотелось.

И тут подал голос Мох.

— Не надо в полицию! — завыл он. — Не надо! Меня мама убьет! — его голос сорвался на хрип, и он забился в угол еще больше.

— Мама его заругает, — презрительно отозвался физик и сплюнул. — Прежде чем быть соучастником убийства, надо было думать.

— Не надо в полицию! — продолжал завывать Мох, похоже, у него началась истерика. Он кричал, плакал, размазывал слезы, кровь и сопли по лицу. — Умоляю, не надо! Не надо! Змей, не надо!

О, вот и про меня вспомнили.

— Надо, Саша, надо, — нравоучительно сказал я.

— Умоляю!

Мы сегодня совершили много ошибок. И большинство из них были именно на моей совести. И с пленением Сазана ошибки еще вовсе не закончились.

Мы все считали своим врагом исключительно Сазана, но никогда нельзя недооценивать опасность, исходящую от человека, находящегося в сильном эмоциональном стрессе.

— У него пистолет! — ахнул Березин.

Мох медленно поднялся с пола, держа меня на мушке.

Кровь из носа, тонкой струйкой сбегала на его некогда белую футболку.

Мне захотелось провалиться сквозь землю, и вовсе не потому, что я был на прицеле, а потому, что я идиот. Первым делом нужно было подобрать оружие, первым! А я лишь краем сознания отмечал, что Мох все дальше и дальше двигается в угол. Оказывается, он пытался не отодвинуться от нас и спрятаться, а двигался к пистолету.

— Дремучий случай, — пробормотал я.