Дремучий случай

— Я с призраками болтаю, — обиженно напомнил я. — Забыли?

— Ох, какие мы важные, — продолжал веселиться старик. Что ж, хоть у кого-то сегодня хорошее настроение. — Да не дуйся ты. Я на самом деле рад тебя видеть, поправился, гляжу.

— Ага, — кивнул я, — со здоровьем порядок. — Подумал, не поведать ли образованному старику всю историю с Березиным, его мамой и душами умерших, но передумал. Нечего других грузить своей проблемой. Разберемся сами как-нибудь. — Я, собственно, спросить хотел, вы же тут все знаете.

— Махнул рукой в сторону могил. — Когда я только ушел от вас, или чуть позже (не знаю точную дату), хоронили семнадцатилетнего парня. Во время задержания застрелили. Может, слышали?

— А то, — не раздумывая, ответил старик. — Молодежь, слава богу, не так часто помирает. Во-о-он тот ряд, поворачиваешь направо и до конца, там свежие.

Меня передернуло. «Там свежие» у меня явно ассоциировалось с продуктами на рынке, а не с могилами. Но Прохорович здесь живет, для него это все привычно и не страшно.

Вот я же тоже уже привидений не боюсь, ко всему можно привыкнуть.

— Ну что ж, пойду тогда, — сказал я и еще раз поблагодарил: — Спасибо за помощь. — Редко я людей благодарил, но Прохорович все же спас мне жизнь. — Как разгребу все проблемы, обязательно зайду в гости.

Я помахал рукой на прощание и побрел по глинистой дорожке, на которую указал мне охранник кладбища. Ну и грязища. Интересно, когда у нас кладбища как в Америке станут? Ну там газончики, урночки? Да уж, не в этой жизни, или не для простых смертных.

Я проходил ровные ряды свежих могил. Жутко было смотреть на лица на фотографиях, лица людей, которые были живы совсем недавно, пару дней, недель назад, а теперь их тела умерли, а души болтаются между небом и землей.

Я читал фамилии на памятниках, но, слава богу, знакомых пока не находил, пока…

И тут мое бедное сердце провалилось куда-то еще ниже пяток.

— Вы что, издеваетесь? — повторил я то, о чем недавно уже думал.

Передо мной была свежая могила с именем: «Хомов Федор Прохорович».

И фото.

Я смачно выругался.

У меня чуть истерика не началась. Та же история, что и с бабушкой — если призраки захотят, их легко принять за живых.

— Пошутил. Прости старика, — раздалось у меня за спиной.

Я тяжело сглотнул и обернулся. В тени от деревьев прозрачность Прохоровича была очевидна.

— Ваши потусторонние шуточки стоят у меня уже поперек горло, — зло ответил я. На меня вдруг напала такая ярость.